В какой-то миг умертвие отбило швабру и, ухватив меня за руку, повалило на пол.
Я успела попрощаться с жизнью, а также в мельчайших деталях рассмотреть обезображенное следами разложения оскаленное лицо…
Вспомнилась заветная бусина, но руки были заняты, а кончик косы лежал подо мной.
В последний момент я извернулась, уже не сумев остановить вонзившиеся в плечо гнилые зубы. Ещё одно движение и коса выдернута из-под моей спины. И мои пальцы почти дотянулись до черной бусины. Но сжать её я не успела. Раздался грохот, и мертвец был буквально сметён с моего тщедушного тельца.
Зажимая раненое плечо, я отползла в сторону, с ужасом наблюдая, как взбешённый светлый эльф уничтожает в странном пламени синего огня визжащую и отчаянно пытающуюся вырваться тварь, которую он пригвоздил к полу своим клинком. Несколько мгновений и на моих глазах от умертвия остаётся только чёрное пятно на полу.
Тиравьель резким движением перехватил клинок и, вернув его в ножны, повернулся ко мне. Ему достаточно короткого оценивающего взгляда, чтобы понять произошедшее.
Одновременно с тем, как он делает шаг ко мне, я спохватываюсь и собираюсь заговорить рану, но эльф останавливает меня. Быстрым движением кладёт пальцы на виски, поворачивая к себе и заставляя глядеть ему в глаза.
— Не нужно заживлять. Рану требуется очистить.
Я понятливо киваю, пытаясь не думать о том, чем может обернуться укус такой мерзости в этом мире.
В синих глазах эльфа плещется беспокойство и решимость. Не говоря больше ни слова, он подхватывает меня на руки и в тот же миг нас окутывает мерцание, переносящее обоих в светлое стерильное помещение лазарета.
Обычно тут никого не бывает. Просто нет необходимости. Но как объясняли нам коменданты, когда проводили экскурсию, лазарет необходим для особых экстренных случаев, когда некоторые адепты попадают в переделки. Вот и я попала в число этих несчастных.
Хранитель посадил меня на кушетку и зажёг под зеркалами магический светильник, из-за чего меня на миг даже ослепило. Затем с невозмутимым видом начал расстёгивать на мне рубашку.
Я вспыхнула до кончиков ушей и попыталась схватиться здоровой рукой за края своей одежды, но эльф отвёл её в сторону и насмешливо поинтересовался.
— Ты считаешь, что я увижу там что-то новое для себя?
Сказано это было таким ироничным тоном, что я смутилась ещё больше, но вместе с тем и поняла, что да, кое-что новое он там увидеть может. Например, бюстгальтер с иномирской этикеткой…
Но деваться было некуда. Движения эльфа были уверенными и не терпели моих слабых попыток помешать, поэтому покорно затихла под его руками, надеясь, что улика останется незамеченной.
— Укус неглубокий, но сейчас будет немного больно, — предупредил эльф, отходя к высокому белому шкафу, чтобы достать оттуда флакон из тёмного стекла и тампоны из белой ткани. Затем он коснулся раны, и я ощутила, как края её расходятся, словно выталкивая что-то изнутри. Это сопровождалось сильной ноющей болью, но длилось лишь краткий миг. После его прикосновения снова полыхнуло знакомым синим пламенем, опалившим кожу в этом месте.
Тиравьель откупорил крышку, чтобы промокнуть тампон из белой ткани в прозрачной зеленоватой жидкости с запахом трав и спирта, после чего тщательно обработал рану. Только после этой процедуры, он применил магию исцеления, оставляя от укуса умертвия лишь едва заметный след.
Я глядела на происходящее как завороженная, забыв про стыд. И украдкой посматривала на эмоции, отражающиеся на нечеловечески красивых чертах лица.
Но тут наши взгляды встретились и эти синие, как осеннее небо глаза посмотрели на меня со всей серьёзностью. Опомнившись, что сижу перед мастером хранителем без рубашки, я быстро схватила пострадавшую деталь одежды с кушетки и прижала к себе.
— Я мог опоздать, Влада, — сказал он. — И тебе очень сильно повезло, что я вернулся раньше, чем должен был.
— Мастер Тиравьель, я понимаю, что обязана вам жизнью. Спасибо за всё, — проговорила я, ещё слишком близкая к панике, чем хотелось.
— Речь не о том. Я всего лишь хочу, чтобы ты осознала всю серьёзность ситуации и хорошенько подумала над тем, кто мог желать тебе смерти.
Мои глаза невольно расширились в крайней степени удивления. Кто мог желать мне смерти? Не думаю, что в Академии был кто-то ненавидящий меня до такой степени. А вампиры-близнецы хоть и издевались надо мной, но вряд ли бы так поступили…
— Мастер… у меня нет врагов, — уверенно сказала я. — И мне проще поверить в случайность, чем в чьё-то намерение меня убить.
Я прикрыла глаза, подумав о близнецах. Если это сделали они и это выяснится, их отчислят. Эта мысль вызывала у меня ощущение неприятного осадка на душе. Только самой отчего-то странно, почему, даже если это они, я должна их жалеть. И, тем не менее, мне было бы жаль, если из-за меня кто-то погубил бы собственную судьбу.
— Как бы то ни было, мы должны доложить о произошедшем магистру Кьесси и провести внутреннее расследование. Виновный понесёт жестокое наказание.
