Внезапно почудилось движение теней в темноте, заставив меня насторожиться, а затем испытать ощущение нарастающей паники. Я метнулась к выходу, а рука потянулась к атамэ, который теперь был со мной и был предусмотрительно закреплён за поясом юбки. По сути, мой маленький кинжал был только ритуальным оружием, но иного средства защиты у меня не было.
Но дверь снова была закрыта, и чувство обиды обожгло меня словно огнём.
Я чувствовала, что нахожусь в архивах не одна. Бесплотный шёпот чужих намерений. Обволакивающее рассудок касание смертоносной магии. Шелест одежды. И невесомый шаг. Я не видела своего визави, а только чувствовала. И с каждой секундой мне становилось всё страшнее.
Тайна. Насколько близко я подошла к краю, за которым бездонная пропасть, из которой возврата уже нет? А быть может, я уже вниз лечу и этого не замечаю?
Движение теней мерещилось со всех сторон. И куда бы ни был обращён взгляд, на периферии зрения что-то двигалось, приближаясь ко мне, почти касаясь холодными крыльями страха, обнажившего острые как бритвы лезвия-перья…
Я прижалась к холодной железной двери, не в силах бороться с тем, чего даже не вижу… и сжалась в комок, зажмурив глаза и закрыв руками уши…
Тьма обступила со всех сторон, плотно сжав вокруг моей души свои тесные кольца.
Но это была чужая тьма, а не та, что всегда обещала мне покой и защиту. Не та, где я могла укрыться и спрятаться.
Чужое присутствие или же его иллюзия нарастало. Вот уже чудится и внимательный взгляд, и призрачное дыхание.
Опрометчивый поступок, решил исход.
Я подняла взгляд…
Чтобы разбиться осколками в живом мраке чужих глаз. И быть сожженной холодным пламенем, бьющимся в их бездонной глубине.
========== 5. Сумеречные тени ==========
Начало новой недели. Если честно, ещё там на Земле, я любила понедельник, невзирая на все поговорки и присказки. Всегда казалось, что этот день создан для начала не только рабочей или учебной недели, но и для чего-то большего. Именно в понедельник можно притвориться, что начинаешь жить с чистого листа и даже почувствовать реальность этой иллюзии.
Я потянулась в собственной кровати. Кажется, вчера я заработалась настолько, что уснула прямо на лестнице, ведущей к выходу из хранилища. Когда вернулся Тиравьель, ему оставалось только поднять моё закоченевшее и сонное тело и отправить спать. Оставалось всего два дня в конце этой недели и работа в хранилище будет закончена. Я устала, пережила в хранилище не самые лучшие моменты в своей жизни, и теперь была безмерно этому рада. Настолько, что, пожалуй, буду ждать окончание недели с непривычным нетерпением.
Так как снова возможности раздеться не было, и я уснула прямо в одежде, пришлось переодеваться в чистую форму, и только потом топать в столовую на завтрак.
Приятно осознавать, что там меня уже ждут друзья, и сегодня все совместные занятия я буду сидеть рядом с ними, отогреваясь их тёплыми улыбками и взглядами.
Дроу приветственно помахала рукой, едва меня увидела идущей от входа в столовую. Оборотень поймал меня, заключив в кольцо рук со спины, и чмокнул в макушку. Я залилась смущённым румянцем и помахала в ответ стайке ведьмочек-сокурсниц.
Сегодня я проснулась с самым оптимистичным настроем и готова была раскрыть объятия всему миру, а он отвечал мне тем же.
— Как прошли выходные? — поинтересовалась эльфийка после того, как к нам присоединился Дин, галантно уступивший мне место в очереди на раздаче.
Грусть коснулась меня своим крылом, разбавляя чистую радостную лазурь дня непрошеным воспоминанием. Мастер Лароу был призраком ещё с первого момента нашего знакомства, но почему тогда я ощущала себя так, как будто он погиб на моих руках? Мы и разговаривали всего два раза… откуда тогда такое чувство?
— Кого-то вредно отпускать в подземелья, — сделал вывод Дин. — На тебе лица нет, ведьмочка.
— Всё в порядке, — поспешила заверить его я. — Просто…- едва не призналась, что ещё не совсем адаптировалась в этом мире, — я завершила работу одного человека, который скончался, не закончив её. Он любил своё призвание.
Я сделала неопределённый жест рукой, не в силах подобрать слова и выразить чувства, терзающие мою душу.
— Влада, посмотри на меня, — попросила дроу.
Послушно смотрю в глубину янтарных глаз подруги.
— Если этот человек любил своё дело и умер, занимаясь любимым делом, значит, он умер счастливым. Это почти также достойно, как погибнуть в честном бою. Тебе незачем печалиться. Гордись тем, что закончив дело, ты воздала ему самую большую почесть из всех возможных.
Грустно улыбаюсь и киваю, но не могу отделаться от ощущения, что день безнадёжно испорчен.
Иметь таких друзей, как Хель и Дин — тоже подлинная честь, но много ли чести в том, что у меня появляются секреты, которыми я не могу поделиться даже с ними.
Что же мне остаётся?..
Не думать о том, что вызывает тревогу и дискомфорт. Концентрировать внимание на первостепенных задачах. И так по замкнутому кругу.
Моё лекарство от беспокойства и проблем.
