— Я же говорил, что нас не пропустят, — негромко проговорил Айриш, когда мы отдалились на некоторое расстояние от сооружения.
— Говорил, — не стала отрицать я, изображая саму непринуждённость. — Но ведь мы не могли не попробовать, верно? А вдруг для нас сделали бы исключение?
Парень рассмеялся, как будто я сказала что-то крайне забавное.
— В святилище Вайанэр ещё не ступала нога ни одного мужчины. И я сомневаюсь, что для нас сделали бы исключение, — пояснил он причину своего веселья. — Богиня помогает только женщинам и никогда не отступала от этого правила.
— Я так подозреваю, особенно охотно она помогает женщинам одиноким и обиженным на мужчин, — предположила я, уже невольно рисуя в своём воображении образ богини-мужененавистницы.
— Да нет, я не слышал о таких исключениях, — с сомнением в голосе проговорил Айриш и многозначительно добавил: — Мне кажется, Мираэль должна знать об этом лучше остальных.
— Никогда не интересовалась жизнью местных богов, — отозвалась та немного недовольным тоном и как-то странно покосилась на демона.
Мне же показалось, что тут подруга сильно лукавит и ей просто неприятно вспоминать о своём опыте общения с новыми собратьями. Видимо, что-то произошло однажды между ней и местными богами, когда Эно наделила её статусом богини, отчего и не может она попасть на территорию другого божества.
Вслух я свои догадки озвучивать не стала, решив поговорить, когда мы останемся одни. А это должно будет произойти уже очень скоро, потому как мы заранее решили, что если ничего не найдём, не будем слишком усердствовать и попробуем на следующий день, после того как хорошенько отдохнём.
Вернувшись назад на постоялый двор, мы вместе поужинали и разошлись по своим комнатам. Только вот отдых многим предстоял специфический. Халликэру придётся вновь усыпить нашего ещё ничего не подозревающего приятеля, а мы с Мирой должны были подготовиться для ночной вылазки.
Я снова оказалась в центре интриги. Только, как ни странно, не чувствовала никакой неловкости. Быть может, повлияло то, что об этом узнал Халликэр, но мне казалось, что большую роль сыграла усталость, притупившая эмоции и сделавшая меня немного равнодушнее.
Когда так долго к чему-то стремишься, то это случается рано или поздно, и ты начинаешь почти физически чувствовать, как нарастает напряжение. Но уже нельзя останавливаться — слишком поздно. И нельзя позволять себе оступаться, когда там впереди уже маячит финишная черта. Осталось только сделать последний рывок… совсем чуть-чуть.
Умывшись прохладной водой, чтобы стряхнуть с себя налёт сонливости, я прошлась по комнате, потягиваясь и разминаясь, чтобы разогнать кровь и внутренне собраться. Я всегда с подозрением относилась к тому, что на словах звучало довольно просто, ведь обычно так происходило по причине плохой информированности. А значит, может так случится, что сегодня мне придётся выложиться по полной и лучше сразу подготовиться к этому.
Я развернула свёрток, принесённый Мираэль ещё днём. В нём находился традиционный для посещения храма наряд на отсутствие которого и намекала привратница — простое длинное платье светло-зелёного цвета с широким поясом и лёгкая белая накидка, которая должна будет покрыть голову и плечи. Желанием надевать это я не горела, но подруга настояла, утверждая, что некоторые жрицы этого храма способны видеть сквозь иллюзию.
Смириться с тем, что я всю дорогу буду чувствовать себя не в своей тарелке, оказалось неожиданно тяжело.
— Ладно, мужчин она не любит, но наряжаться-то именно так зачем? — поинтересовалась я у эльфийки, помогающую мне сделать аккуратную причёску.
— А это уже выдумка служительниц. По их мнению, такой вид символизирует чистоту намерений и решительность. Кроме того, именно в таком виде являлась однажды богиня, — пояснила девушка.
— Довольно странные у них понятия о чистоте, — сделала вывод я, поскольку всегда ассоциировала зелёный цвет совсем с другими вещами, а в Академии и вовсе привыкла видеть в зелёных одеждах исключительно целителей. Впрочем, это было уже не важно, так как сейчас я вспомнила, о чём хотела поговорить с подругой, прежде чем отправлюсь на подвиги: — У тебя, я так понимаю, с богами этого мира отношения не сложились?
Эльфийка вздохнула и, закрепив последнюю заколку на моих волосах, протянула своё зеркало, чтобы я оценила результат.
— Спасибо, — откликнулась я, уже решив, что она не хочет отвечать на этот вопрос.
— Они не приняли меня и пытались оспорить решение Эно, — вдруг сказала девушка. — Часть из них желала моей смерти и не скрывала этого. Только заступничество души этого мира спасло меня от расправы, но именно это не позволяет мне находиться на территории другого божества.
— Откуда такая неприязнь? — удивилась я.
