В общем-то, статуя Вайанэр была не слишком внушительной — лишь на голову выше меня. А возвышал её специальный метровый постамент и крылья, распахнутые так, словно она собиралась взлететь, визуально делали её фигуру больше. В камень была вмонтирована чёрная табличка с высеченными на ней письменами.
Сердце тревожно забилось, когда я увидела родную письменность.
Вот оно. То, что я искала в этом городе и не могла найти — следы пребывания здесь истинных. Неспроста скрытые от большинства здесь, во внутреннем зале.
Однако надпись, которую я прочла, повергла меня в состояние некоторого ступора.
Ключевой объект под номером 057 проекта «Вечность», — гласила она.
Выходит, и здесь мои родичи успели отличиться? Вот только с каких пор они начали использовать в своих экспериментах других истинных, для меня оставалось загадкой. Ведь я всегда считала это преступлением… и с тяжёлым сердцем должна была признать, что для кого-то нарушение закона не будет являться таким уж непреодолимым препятствием.
Изваяние же передо мной одним своим существованием это доказывало, и чем больше неприглядных деталей этой чудовищной мозаики попадалось мне на глаза, тем меньше хотелось видеть всю картину целиком. Что бы на это сказал Кэр? Как бы поступил он?
Вспомнив о Халликэре, я понимала, что сейчас ещё не время связываться с ним и необходимо закончить начатое, но всё же не выдержала, и вновь позвала его. Результат оказался прежним, то есть, нулевым.
Нужно скорее найти эту Слезу и возвращаться к нему. Мираэль говорила, что она должна находиться внутри статуи, но разбивать её я не торопилась. Вместо этого, я ещё раз осмотрела табличку и обошла по кругу постамент.
Тут краем глаза я заметила что-то блестящее и, присмотревшись, увидела, что в небольшой ложбинке на кончике хвоста находится нечто, напоминающее рубин. Но стоило только мне потянуться к нему, как послышался гневный женский окрик:
— А ну руки прочь, воровка!
Я резко обернулась, удивляясь, как вообще на постамент не заскочила от неожиданности. Однако увиденное заставило меня испытать ещё больший шок. Теперь передо мной стояла сама Вайанэр собственной персоной и, уперев руки в бока, сердито хмурилась и, не сводила с меня тёмных раскосых глаз. Длинные распущенные волосы в бликах огня сами казались живым пламенем. Её длинный ядовитый хвост раздражённо бил по серым плитам у её босых ног и хотя оригинал выглядел немного меньше изваяния, он впечатлял гораздо больше.
— Вайанэр?
— А ты кого-то другого здесь ожидала увидеть? — зло отозвалась она.
Такое поведение было вполне обосновано — всё-таки я действительно собиралась кое-что у неё забрать, но мне очень хотелось поговорить с ней нормально.
— Я понимаю, что поступаю не слишком хорошо, но другого выбора нет, — быстро проговорила я, не особо надеясь на то, что она сменит гнев на милость, а скорее для того, чтобы усыпить бдительность богини. — Понимаешь, мне нужно спасти одного друга…
— Друга? — тонкие губы женщины скривились в презрительной усмешке. — Лучше бы сразу начала говорить о спасении целого мира и, быть может, я послушала бы тебя. Хотя бы ради интереса, какую версию придумываешь.
— По правде говоря, мира два, — сказала я.
Вайанэр замерла и прищурилась:
— Я хочу, чтобы ты явила свой настоящий облик.
Я удивлённо моргнула. Получается, напрасно Мираэль переживала и сквозь мою иллюзию не видят даже боги? Ещё немного и я начну гордиться собой.
После того, как я выполнила желание богини, та тут же поменялась в лице и, задумчиво цокнув языком, пару раз прошла мимо меня, придирчиво разглядывая со всех сторон.
— Как интересно… — протянула она, остановившись на расстоянии вытянутой руки. — Выходит, у них получилось создать Хранителя.
— О чём ты? — спросила я осипшим от волнения голосом, но меня проигнорировали.
— Пожалуй, я разрешу тебе забрать эссенцию, — она сделала шаг ко мне, и гибкий смертоносный хвост заметался уже совсем рядом, словно Вайанэр проверяла, испугаюсь я или нет.
Но в этом плане я оставалась спокойной, и прекрасно понимая, что вреда бы он мне не причинил при всём желание его обладательницы. Дело не в природном иммунитете к этому яду, а в материальности моей собеседницы — когда в очередной раз она приблизилась к огню, стало хорошо заметно, что свет проходит сквозь её фигуру, отражаясь от блестящих дальних колонн.
— Возьми же то, за чем сюда пришла, — шепнула она, глядя в мои глаза с откровенным вызовом. В больших, практически сливающихся с тёмной радужкой, зрачках, отразились языки пламени. — Жрицы скоро вернутся.
Не из собственного упрямства я не хотела поступать, так как мне велели. Схлынуло куда-то и раздражение, возникшее у меня в первую минуту разговора с этой странной богиней…
Дело в том, что слова, обронённые ей, породили в моём сердце тревогу. Она была подобна предчувствию океанской бури, той свирепой неумолимой силы, преображающей мир до неузнаваемости.
