Когда мы подошли к двери, Охотник выпустил мою руку и отступил в сторону, пропуская меня. Вежливо кивнув, мужчине я прошла внутрь, сразу оказавшись в холле.
Увиденное отличалось от моих ожиданий. Несмотря на то, что главное помещение было весьма просторным, оно не было лишено традиционного уюта и напоминало обычную гостиную. Не хватало только большого камина и мягких кресел. Зато вместо этого тут имелись книжные шкафы, диван, большой стол, окружённый стульями с высокими резными спинками, а на стене висели картины. Мне захотелось рассмотреть их поближе, но я решила сохранять вежливость и не разгуливать без разрешения. Свет тут обеспечивали светильники, создание которых явно не обошлось без магии, но сделано это было настолько изящно, что я не увидела ни малейших следов заклятий. Оставалось только любоваться этими стеклянными цветами, глядя, как по граням лепестков периодически пробегают мелкие искорки.
— Подожди немного здесь, я позову отца, — произнёс мой провожатый, мгновенно растворяясь в воздухе.
Отца? Как минимум одно сходство уже прояснялась, о другом я боялась подумать.
Ждать пришлось довольно долго. Видимо, тот, кто хотел встретиться со мной, в данную минуту был слишком занят. Но отчаиваться или предаваться унынию я не спешила — так или иначе меня не оставят без внимания. А пока можно было хотя бы немного стряхнуть нервное напряжение и утолить своё любопытство.
Картины, что так привлекли мой взгляд с самого начала, по большей части изображали довольно мирные сцены. Например, на одной из них была показана некая торжественная встреча, где фигурировали представители светлых эльфов и людей. По их нарядам трудно было определить, сколько времени прошло, но лицо одной из эльфиек вызывало в памяти смутный отклик. Подозреваю, встреча произошла ещё до разделения миров.
Другая картина представляла собой портрет величественной женщины в тёмно-зелёном наряде, царственную голову украшал венец из тёмного золота с крупным рубином в центре. Она была мне незнакома, но выразительный взгляд тёмно-карих глаз приковывал внимание.
Далее я перешла к изображению конного воина, застывшего на холме и рассматривающий раскинувшийся в прекрасной долине город. Его вид напомнил мне о Кхаэссе. Не хватало только садов и полей предместий.
Задумчиво переместившись к следующему полотну, я обнаружила, что здесь не поскупились на красный цвет. Видимо, картина должна была отображать катастрофу, но вышло нечто неразборчивое — какие-то фигуры падали в разверзающийся под ногами разлом, другие продолжали метаться в море пламени, над которым к небесам вздымались чёрные клубы дыма. И всё же, что-то в этом огненном безумии привлекало внимание…
— Тебе тоже кажется, что художник перестарался? — внезапно поинтересовались у меня.
Только каким-то чудом не подпрыгнув на месте, я мысленно выругалась. Затем, напомнив себе, что давно уже пора было привыкнуть к подобным фокусам, не спеша повернулась в сторону произнёсшего эти слова мужчине.
— Мне не с чем сравнивать. Но, пожалуй, я соглашусь, — ровным тоном призналась я, стараясь унять любопытство и не слишком пристально разглядывать нового собеседника, чтобы не показаться невежливой.
Несмотря на то, что теперь он так же, как и мой провожатый не скрывал своего лица, я его моментально узнала. Выдал даже не голос (тогда он был слегка искажён тем, что часть лица прикрывала ткань), а скорее взгляд. Именно ему я дала обещание вернуться, и в этом не было ни малейших сомнений.
Губ мужчины коснулась лёгкая улыбка, а его глаза иронично сверкнули, но сообщать о том, что именно его позабавило — мой ответ или промелькнувшее в моих глазах удивление, он не стал.
— Не стесняйся, я же вижу тебя раздирает любопытство, Литтаэль, — произнёс он, подходя ближе и останавливаясь напротив картины, на которой разворачивались трагические события.
То, что он знает моё имя, уже не удивляло. Я почти не сомневалась в его информированности касательно моей персоны.
Сумеречные твари с теневой стороны мира? Пожалуй, даже знания самых опытных магов казались слишком абстрактными на фоне всего того, что я увидела. Их желание выйти на контакт, существование этого города, а точнее, маленького отдельного кусочка живого мира — это всё полностью переворачивало и мои о них былые представления. Многое становилось ещё более непонятным. Особенно эта история с охотой на обладательниц дара изначальной магии.
— Вы больше не именуете меня Зовущий Свет, — заметила я.
— Теперь в этом нет нужды. Долгое время ты была легендой для нашего народа, миражом. Но сейчас передо мной стоит создание из плоти и крови, и у тебя есть собственное имя, — проговорил мой собеседник, беззастенчиво рассматривая меня. — Меня зовут Виарвейн. И можешь обращаться ко мне на «ты».
Обескуражено моргнув, я едва сдержалась от желания отступить на пару шагов назад. Не понимая, о чём именно он сказал, прежде чем представиться, я всё же почувствовала зарождающее беспокойство, и мне не понравилось это ощущение.
— Я не помню вас, — попыталась возразить я.
