По улице неуверенно, оглядываясь и принюхиваясь, пригнув массивную голову, двигался причудливым зигзагом знакомый чёрный пёс. Его невозможно было спутать ни с какой другой псиной. Он потянул носом. И вдруг целеустремлённо, по прямой направился к кафе.
— Брысь, зараза, — прикрикнул на него официант.
Пёс посмотрел на него, оскалил зубы, и официант отпрянул, как ошпаренный, будто врос мигом в землю, стал меньше ростом.
Пёс деловито проследовал в кафе.
— Что он здесь делает? — прошептал Степан, будто боясь, что его ненароком услышит это чудище.
— Нас вынюхивает. Вот тварь. Пошли. А то поблизости может оказаться и её хозяин.
Они взяли такси.
Не поминай чёрта — а то он появится. Лаврушин как накликал. Когда такси выезжало на площадь Маяковского, друзья увидели длинную чёрную машину.
— Та? — спросил Лаврушин.
— Похожа на неё.
— Она. Её ни с чем не спутаешь.
— И эскорт.
Действительно, по обе стороны машины, мощно ревя моторами, катила уверенная в своей непобедимости стая рокеров. Нетрудно было догадаться, что они сопровождали лимузин.
— Чёрный человек нашёл союзников? — сказал Степан.
— Очень похоже.
***
В Москве-чернушной пришлось задержаться. Каждая минута здесь превращалась в пытку ожидания. Где-то по городу разъезжает чёрный-чёрный лимузин с чёрным-чёрным человеком и чёрными-чёрными собаками. Вот только страшилка эта была не детская, а взрослая. И опасность не надуманная, а настоящая. Над друзьями на гнилых нитках висел с любовью заточенный дамоклов меч, готовый в любую секунду упасть ножом гильотины и снести буйны головушки.
Раз в день Лаврушин звонил в агентство «Русский Пинкертон», и частный сыщик давал отчёт о проделанной работе.
— С наркоманами Большой Японец не тусуется. Отработали, — с энтузиазмом полоскал мозги верзила. — С квартирными ворами тоже не завязан. А экстрасенсов сейчас проверяю.
Создавалось ощущение, что он просто водит за нос, чтобы сшибить побольше денег. Но на пятый день «пинкертон» неожиданно сообщил:
— У меня в кармане ваш Змеевед.
— Нашли? — не верил Лаврушин, ожидая услышать очередную байку о том, что агентство уже почти напало на след, и вскоре всё будет «О, кэй».
— Нашли-нашли. Гнездо свил, гад, в самом центре Москвы. Но от нас не скроешься.
— И как теперь? — Лаврушин прижал плечом трубку в телефоне автомате. В квартире телефона не было, так что приходилось звонить из единственного автомата в округе — остальные были разбиты. Рядом с будкой стоял на часах Степан с тяжёлым ломиком под мышкой, которым приходилось отгонять мелких хулиганов и раскумаренных наркошей. Без лома выбираться из дома было опасно.
— Подъезжайте к метро Арбатская, оттуда… — частный сыщик долго и нудно объяснял, как добраться до цели. — Поняли?
— Всё ясно.
— И гонорар не забудьте.
— Не забудем.
На месте они были через сорок минут. Отпустили такси, и стали неторопливо прогуливаться по узкому малолюдному горбатому переулку, в котором приткнулись старые особнячки, а чуть дальше позорной заплатой торчала обшарпанная, в грязных потёках панельная пятиэтажка.
«Пинкертон» подкатил на синем «Вольво». Вышел из машины. Одет как на праздник — в очень стильном, шитом неплохим портным, костюме, при галстуке, на этот раз не ярком, а, наоборот, скромном и дорогом. Выглядел верзила куда лучше, чем в своей конторе. Он пожал горячо руки друзьям и показал на особнячок, на котором был прилеплен номер «39» и вывеска «памятник архитектуры, охраняется государством». Судя по потрескавшейся краске и старательно исписанным нецензурными выражениями колоннам, охранялся государством он халатно.
— Здесь ваш японец живёт, — сказал частный сыщик.
— Точно? — спросил Лаврушин.
— Вы не в Президентском Совете. Вас здесь не обманут… Что дальше делать? Заказ будет?
— Нет. Сейчас проверим, так ли всё. Тогда окончательный расчёт.
— Годится. А как вы собираетесь проверять?
— Спросим. Подождите здесь, — оставив Степана и сыщика, Лаврушин решительно направился к особняку, поднялся по ступеням и дёрнул за шнурок звонка.
Дёргать за верёвочку и слышать приглушённый дверьми перезвон пришлось минут пять. Наконец дверь отворилась.
— Ничего себе, — сказал Лаврушин.
На пороге был огромный желтолицый господин. Нужно ли говорить, что он был точной копией тех, которые стерегли жилища Большого Японца в других измерениях.
— Мне Большого Японца, — произнёс Лаврушин.
— Не знаю вас, — в привычной манере отозвался желтолицый.
— Мы ищем его. Нам сказали обратиться к нему за помощью.
Желтолицый гигант внимательно посмотрел на него и удовлетворённо крякнул:
— Да. Давно жду тебя и твоего друга.
— Простите, а в Караван-сити и в Ла-Бананосе не ваши братья служат?
— Мои, — освобождать проход желтолицый не спешил.
— Так как?
— Большого Японца нет. Он ушёл. Вокруг опасность. Льды всё ближе.
— И что нам делать? — с отчаяньем воскликнул Лаврушин. Его это свинство уже утомило. И нервы не стальные, а наоборот — расшатанные.
— Он просил передать совет…
— Ага, что у нас есть «пианино», решимость, и будет знание. Слышали.
— Тогда зачем пришли, если слышали? — недоумённо спросил желтолицый и захлопнул дверь…
