В очередном круге я заметила бредущие по пляжу фигуры, потом поняла, что они точно направляются к нам. Трое незнакомцев захватили всё моё внимание, пока я не распознала в них мужчину и двух барышень, примкнувших по бокам от него. Еще поворот, и незнакомец обрел не только особенности фигуры, но имя, фамилию и звание. Капитан Джек Воробей фривольной походкой, загребая и разбрасывая песок, плыл к нам, обхватив за талии полураздетых девиц. Это зрелище полностью поглотило меня, мозг утратил контроль над телом, и в следующий миг мы рухнули на песок, запутавшись в шагах. Джеймс стиснул зубы, но промолчал.
— Прости, прости! — Я вскочила, как ужаленная, стараясь не дать распознать причину собственной оплошности. — Я чересчур увлеклась.
Уитлокк поднялся, улыбаясь.
— А я уж думал, это обязательная часть танца.
— Ну тебя! — рассмеялась я. — Маэстро, музыку!
Скрипка вновь заиграла, вальс вновь продолжился, и я старалась выглядеть в нем максимально беззаботно и комфортно, но, похоже, переборщила. По крайней мере, Джеймс заметил это довольно быстро. Сначала он вопросительно вглядывался в мое лицо, озаренное нарочитой улыбкой, а затем сместил взгляд за спину. И всё стало на свои места. А я всё продолжала игру, пока Джек Воробей не подал голос в приветственном восклицании. Танец прекратился. Ладони разомкнулись. Появление двух куртизанок тут же встретили одобрением, позабыв о недавних культурологических спорах.
— Надеюсь, скорое возвращение не значит, что ты с пустыми руками? — Уитлокк коротко покосился на меня, запуская большие пальцы за ремень.
Вместо ответа Джек поднял руки вверх, демонстрируя вместительные бутылки рома в каждой. Девицы же словно приклеились к пирату. Я фыркнула и демонстративно уселась на прежнее место.
— Я, похоже, пропустил самое интересное? — с лукавым прищуром поддел Воробей Уитлокка. Никого не спрашивая, он завалился на песок у костра, притягивая к себе барышень, от чего те раздражающе захихикали.
— Уходишь от темы. — Джеймс опустился неподалеку, наполняя кружку напитком.
— Брось, — Джек едва сдержал довольное мурчание, когда одна из девиц то ли шепнула что-то на ухо, то ли поцеловала, — мы еще успеем обсудить дела. Для этого не место. — Высокая шатенка выскользнула из-под руки кэпа и, виляя бедрами, направилась к морякам. Другая же пристроилась за спиной пирата, и её пальцы мастерски забегали по его плечам, цепляя на капитанскую мордаху блаженную ухмылочку. — Да и не время, — протянул Джек, салютуя ромом.
Вечер скис. Время потекло лениво, приближаясь к полуночи и незаметно минуя её. Под гитарные переборы доносился чересчур заигрывающий смех темноволосой девицы, что уселась к Бойлю на колени. Кто-то, убаюканный ромом, звонко одаривал храпом карибскую ночь. Наступило время для философских дум и размышлений о жизни. Джеймс больше не заговаривал. Его взгляд устремился в костер в спокойной задумчивости.
Я грызла кусок вяленого мяса, рисуя ногой разводы на песке. Мне хотелось продемонстрировать абсолютное, максимально возможное безразличие. Поначалу в этом не было никакого смысла, ибо Воробей будто бы назло заигрывал со своей компаньонкой, расслабленно посмеивался или вовсе ворковал, изучая пальцами её оголенные плечи. Бросая взгляды исподлобья, сквозь языки пламени, я воображала себя инквизитором, ожидающим начала казни. Когда же терпению пришел конец и бездонная, казалось бы, емкость для злости наполнилась до краев, я завалилась на спину, подложив руки под голову и уткнувшись взглядом в ночное небо. Пение моря, шелест ветра в кронах, потрескивание дров в костре и негромкие, покрытые дремотой разговоры — отяжелевшие веки опустились, и суета мира растворилась в неге ночных грез.
Разбудил меня истошный вопль попугая и ощущение отсутствия правой руки. Я вытянула замлевшие конечности и, сонно постанывая, обернулась к костру. Взгляд тут же встретился с тёмно-янтарными пиратскими очами в улыбающемся прищуре. Опоенная ублажительница мужских сердец сладко сопела под боком Воробья. Людей у костра почти не осталось — кто разбрелся по палаткам, кто по тавернам и борделям. Уитлокка поблизости тоже не оказалось. Я вздохнула, возвращая голову в прежнее положение. Сна не осталось ни в одном глазу. Теперь сверлящий взгляд обладателя «Жемчужины», что, по-моему, ни на минуту не ускользал с моей фигуры, стал невыносимо назойливым. С моей стороны следовала серия раздраженных вздохов и недовольное молчание.
— Не знал, что ты танцуешь, — наконец нарушило тишину благожелательное замечание со стороны кэпа.
Я фыркнула и закатила глаза. Руки сплелись на груди в красноречивый знак «Не хочу говорить».
— Да, брось. — Кажется, Джек улыбнулся. — Этот твой танец с капитаном Англичанином. Это было так… — он помедлил, подбирая слово, — мило.
