— Поверить не могу, — прошептала я, — мы всё-таки добрались! После всего… Это тот самый остров! И те карты, что были у нас, тоже настоящие! Всё не напрасно! — Пираты отмалчивались, пожирая глазами карту. — Теперь мы сможем найти этот проклятый камень!
Воробей выровнялся и обернулся ко мне:
— Для чего? — Непонятливо дёрнулись брови. Теперь не только я требовала ответа от Джека. — Зачем искать то, что нужно вывезти с острова, не имея того, на чём это можно вывезти?
Барто хохотнул.
— Ты не учёл одного, парень, — кэпа аж передёрнуло, на радость одноглазого моряка, — карту, с которой всё началось. Её нарисовали те, кто бывал здесь. Исла-Баллена — это Китовый остров…
— Да, там был кит! — выпалила я.
— Именно, красавица. Согласно дневнику, капитан Вега считал, что погибли все, кто знал о местонахождении камня. Однако карта доказывает обратное. А значит, не всё потеряно.
На этой оптимистичной, но весьма спорной ноте мы покинули капитанскую каюту. Карту забрал Барбосса, дневник — мистер Барто. Старпом был крайне доволен собой, светился, точно пенни, и я не преминула напомнить Уитлокку, что без Барто мы бы пропали. При всех открывших истинах пиратский дух стократ сильнее взбодрила новость о золоте и оставшемся в трюме спиртном, и вернувшихся с двумя ящиками крепкого Воробья и Бойля встретили аки мессий. Вскрывать их раньше времени было строго настрого запрещено, но моряков радовало одно только присутствие «человеческого напитка». Лагерь разбили поблизости, за скалами, отделяющими берег от переходящей в джунгли равнины. Пока одни колдовали вокруг костра, скармливая огню части «Санта-Анны», другие отправились в лес на поимку свиней или хоть какого-нибудь мяса. Барбосса продолжил изучать карту, периодически бросая оценивающие взгляды на видимую местность. Жестокая конкуренция не разгорелась только потому, что, как заметил Джек, бежать с Исла-Баллена было крайне затруднительно. Кэп, к слову, не забыл о выигранном на днях споре и стребовал с Барбоссы призовую бутылку.
Голову распирало от бесконечного «Так вот, почему!..». Общую весёлость разделить не получалось: пираты видели возможности, а я — трагичную историю со множеством жертв и поломанных судеб. Осознание, что Испанская империя не поскупилась на жестокую и затратную экспедицию, чтобы сокрыть один-единственный камень, заставило по-новому посмотреть на всё, что мы знали об Эфире Власти, что о нём слышали. А ещё — вновь задуматься об истинных мотивах, что преследовал каждый искатель сокровища.
От напряжённых раздумий отвлёк подвывающий потрескивающим дровам желудок, раздражённый запахом жареного мяса.
— Ну как, Джек, — обратился Уитлокк, — ты уже придумал, как выбраться с острова?
Около костра сгрудилась компашка из желающих помечтать о разделе найденного золота, и там правил бал Барто со скромным профессионализмом на лице. Мы сидели в тени от скалы, подсвеченной предзакатным солнцем. Воробей отвечать не торопился и самозабвенно грыз кусок кабана, запивая долгожданным ромом. Поймав на себе наигранно заинтересованный взгляд Барбоссы, Джекки возмутился с набитым ртом:
— Пахиму эхо я?
В глазах Джеймса мелькнула сдерживаемая улыбка.
— Думаю, каждый здесь наслышан, как ты спасся с необитаемого острова, заарканив трёх черепах.
— Морских черепах! — издевательски поддакнул Гектор.
Пальцы Воробья пригладили бутылку. Кэп повёл глазами и пояснил:
— В тот раз обстоятельства были несколько иными. — «И мотивация…» — едва слышно шепнула я. Барбосса, что сидел рядом, весело хмыкнул. — К тому же, при всём желании, на нашу компанию не напасёшься черепах, — закончил пират.
Феникс не планировал отступать.
— Но для тебя же это не проблема? Знаменитый капитан Джек Воробей прежде всего знаменит своими побегами. Разве нет?
— Ещё как! — вмешалась я. Кэп адресовал мне неоднозначный взгляд. — Например, в очередной раз Джек спасался из Порт-Ройала, переодевшись в женское платье…
— Правда? — в один голос ахнули Барбосса и Уитлокк.
— Откуда ты?.. — сквозь зубы зашипел на меня Воробей. Я только улыбнулась и пожала плечами.
Вскоре выпал черёд Уитлокка и Воробья отправляться за дровами к галеону. Альтернатива, предложенная кэпом, — бросить в костёр протез Барбоссы — так и не обрела поддержки. Я побежала следом за капитанами со значительной задержкой: меняла повязку на раненном плече Кина. Сердце подсказывало, что не только Барто одно место саднит от желания узнать побольше о моих отношениях с Джеймсом, а Джек был последним, кого я бы хотела в них посвящать, с головой хватало его многозначительных улыбок и взглядов. «Санта-Анна» парила над тёмным морем на фоне подсвеченных луной облаков подобно призраку. Сбросив покрывшие тело мурашки, я пошла ближе к кораблю. В районе форштевня послышались голоса, и я приостановилась, мысленно выругав себя, ибо «подслушивать нехорошо».
— Это она тебе рассказала? Запомни, — захмелевшим тоном поучал кэп, — пират однажды — пират навсегда. Хочешь или нет, слава тебя не забудет. Хотя я, конечно, не буду лишать даму приятных иллюзий. Как джентльмен.
