Следующее пробуждение вышло резким: точно надо мной на палубу грохнулось что-то с грациозностью пьяного слона. Я подскочила на кровати и ошарашено вытаращила глаза. Пару минут ушло на то, чтоб мозг сориентировался во времени и пространстве.
Рассвело. Каюту заполнял приятный охрово-золотистый перелив солнечных лучей; в дорожках света вальсировали пылинки, слетавшие сверху между досок. Едва заметное покачивание горизонта в иллюминаторе, ленивый и тихий скрип обшивки привели к выводу, что мы наконец-то достигли маленькой цели нашего большого путешествия.
Сладко потянувшись, я уговорила себя встать и отправиться навстречу утру, Джеку Воробью, полному энтузиазма, и пиратам, бурчавшим спросонья. Пригладив кое-как волосы и понадеявшись на авось, я выбралась из каюты. «Черная Жемчужина» повисла в непривычной тишине. На верхней палубе, обмениваясь короткими, но хлесткими замечаниями, двое матросов спускали шлюпку. Мистер Гиббс что-то вполголоса обсуждал с квартирмейстером на лестнице у бака. Я как-то сразу влилась в эту тишину и ступила на палубу на носочках, молча потирая глаза. Но стоило отдалиться на пару шагов, в спину прилетело громкое и, что таить, чарующее: «Доброго утра, дорогуша!».
Я обернулась, щурясь одним глазом. В ответ получилось нечто: «Гхм… Эхм… и тебе». Джек вразвалочку направлялся навстречу. Шоколадный взгляд то внимательно скользил по мне, то перепрыгивал на покачивающуюся на тросах шлюпку и становился придирчиво-серьезным. Остановившись в паре шагов от меня, кэп выдал что-то похожее на усмешку и милую улыбку одновременно. Я тут же смутилась, взгляд уперся в ванты. Джек, напротив, смело шагнул ближе и убрал у меня с лица тонкую прядь волос, предательски прилипшую к уголку губ. От этого щеки вспыхнули так, словно бы меня сунули в доменную печь. Пока внутреннее я стыдливо водило ножкой и хлопало глазками, более или менее вменяемый взгляд приковался к густой лесной зелени, взбиравшейся по крутому холму, и к изломанной линии берега без единого намека на присутствие цивилизации.
— Нью-Провиденс? — ошарашено пробормотала я, тыкая пальцем в зеленый холм.
Джек круто обернулся:
— Ну да. — Пират удивленно глянул на меня.
— А куда… — начала было я, но тут же осеклась. Хватит выглядеть глупо. Ты ж вроде пиратка. — И каков план? — бодро спросила я. И, не дав кэпу и рта раскрыть, тут же предупредила: — В таверну больше не пойду!
— А ты её тут видишь? — по-доброму усмехнулся Джек. Я фыркнула и закатила глаза.
Каковыми бы ни были мои ожидания — они не оправдались. Прямо-таки намечалась тенденция «обломов». С тех пор как силуэт Тортуги скрылся в утреннем тумане, я не переставала с тревогой думать о прибытии в Нассау. Даже пыталась строить планы, ведь импровизация не мой конек. После того как Джек напомнил о корнях Уитлокка, я стала бояться ещё больше, учитывая, что Уитлокк-старший пытался избавиться от сына. Быть может, Джеймс правильно решил не появляться на острове. Одним словом, все представления о Нассау, его облике и нраве в голове складывались с поправкой на неуверенность, тревогу и одновременное желание увидеть знаменитый город и никогда там не появляться.
Теперь же взору открылась не гавань, укутанная в шумный людской поток, не суда, с завидным проворством снующие по фарватеру, и не город, красневший волнами черепичных крыш. На «Жемчужину» холодно взирал заросший берег, с обеих сторон оканчивающийся обрывистыми утесами. Сочная, буйная зелень взбиралась всё выше и круче, не оставляя надежды найти здесь приют и человеческое жилище. Дикая, непокорная сторона Нью-Провиденса все ещё жила прошлым. Теми далекими годами, когда единственными, кто вытаптывал длинные стебли осоки, были пятнистые кабаны, а утреннюю дремоту разрушали не крики торговцев и рыбаков, а насмешливые вопли обезьян и попугаев. В этой неприступности всё же существовало что-то притягательное. Несмотря на крутой нрав природы, думалось, что под зеленым кровом из плотной листвы можно найти защиту и от врагов, и от стихии. Так, разглядывая покачивающиеся кроны деревьев, я постепенно забылась, погрузившись в фантазии. А потому разговор коснулся уха не сразу.
— А кого возьмешь? — пыхтя, спросил мистер Гиббс. Я развернулась вполоборота. Джек перебирал пальцами, любуясь, как играют камни на его перстнях в лучах утреннего солнца. На его плечах появился китель, голову прикрывала старая добрая треуголка, а из-за пояса торчала пара пистолетов. Кэп обернулся (не знаю: то ли ко мне, то ли к острову) и поскреб подбородок.
— Никого, — медленно, словно в раздумьях, ответствовал он.
— Это опасно, — заметил Гиббс.
— А идти всем скопом ещё опаснее, — отмахнулся кэп. Его глаза, периодически сощуриваясь, не спеша скользили по рельефу острова.
Гиббс чему-то недовольно кивнул.
— И долго тебя ждать? — осведомился старпом.
Джек тут же одарил его возмущенным взглядом.
— Сколько придется, — последовал обиженный ответ.
— А случится что?.. — намекнул Гиббс.
— Не случится, — быстро бросил Воробей, начиная терять терпение.
