Как и всю прошлую жизнь, мои мысли оставались единственным аргументом для любого решения, но… не когда они заходят в тупик. Поскольку размышления ни к чему не приводили, то я решил не думать. Вообще. Но это оказалось куда сложней, чем может показаться на первый взгляд. Даже лежа на кровати, смотря в белый потолок и считая круги, описанные "Лесным Монархом" над головой, я исхитрялся найти какую-нибудь мысль, в своей цепочке неизбежно приводящую к не самым радужным заключеньям. Я всегда больше предпочитал перекладывать на окружающих, нежели самостоятельно распутывать клубки свившихся между собой, словно змеи в родном серпентарии, логических цепочек. Убеждал себя, что лучше распутывать те, что ведут к ответу на главный вопрос, остальное не важно, ведь так?
Омальзаты на выходе из школы… а дальше что? Директор, чьей массе мог позавидовать его же внедорожник, станет звездой стрип-клуба? А к нам в школу устроится демон, сошедший прямиком со страниц Билсибийских сказаний? Да ещё и Лими… Я был не против увидеть старую подругу, но связанные с ней воспоминания далеко не все приятные. Хорошо, что она об этом не знает. Странно, что я вдруг стал считать их неприятными…
— Зачем это всё?
А может…
Хватит! — я вскочил с кровати. — Я уже… Перестань кусать моё плечо! — "питомец" обиженно отплыл и отвернулся. — За годы я слишком привык думать, как они, как те, что живут, не пытаясь ничего найти… и уже боюсь сделать что-то "неправильно"! Абсурд. Почему я должен упускать возможности, тем более, когда…
Золотым в воображении мягко задрожала нить не толще человеческого волоса.
— Нерсиаль! — моим разумом будет править только моя воля.
И без того не очень светлый ночью мир посерел сто крат. Никакие космические перегрузки, вращения и тяжести не порадовали своим присутствием. Привыкаю? Если подумать, то возле школы всё прошло гораздо легче, чем на пробежке, и уж точно лучше, чем в злосчастном лесу. Остались всё те же ощущения легкости во… втором теле, приятная тяжесть меча и, как ни странно, спокойствие, если уж не умиротворение. Как будто сам себе запрещаешь сладкое, а потом ныряешь в озеро шоколада.
Я обернулся и увидел собственного клона, точнее оригинал, в шортиках и старой чёрной футболке с крабиком жующим динозавра. Рассматривать себя со стороны весьма… необычно и непривычно.
— Так и знал, что выгляжу не полней хрупкой берёзки, — где-то читал, что нужно относится к себе с любовью. По-моему, это была детская книжка про летающих пони, украденная у сестры.
Итак, я здесь.
— И что мне делать? — спросил я кружащегося вокруг мохнатика. Создание не было охотно для разговоров, но, вероятно, оно и к лучшему. Голосов в голове только не хватало. — Помощник из тебя аховый. Ну, пошли, посмотрим на ночной город что ли.
Как и в прошлые разы, сырое серое пространство, проецирующие физический мир, заканчивалось спустя несколько метров. Выглянув в окно, я увидел почти чёткую границу, но вот, что за ней — тайна, покрытая мраком в прямом смысле.
Не знаю, насколько реально окно, что я вижу, но разве есть выбор? Попытался открыть и — невероятно, но факт — получилось! Это всё упрощает.
Поскольку за серой зоной ничего не видно, то я высунулся из окна как можно дальше, попутно отмечая, что ощущений стало несколько больше. Пальцы до бела сжимавшие пластиковый подоконник, лёгкая прохлада, даже показалось, что на мгновение я поймал чёлкой слабый порыв ветра. Хотя дышать тут не приходится, хм-м… пусть чувства и стали чуточку острее, но не настолько, чтобы я смог не упустить момент, когда руки соскользнули в липкую тьму неведения.
— ТВОЮ Ж… — крик потонул в падении в пустоту.
Вынырнув их серой сферы, всё ещё крича и, как ненормальный, махая руками, я летел вниз, разрывая воздух. Да. Он точно здесь есть, ну или нечто похожее, правда сейчас это волновало в последнюю очередь, потому уже пора бы…
— У-ух, — с глухим звуком я распластался на асфальте, раскинув руки и ноги в стороны. — Всё в порядке?
Быстро сел и стал осматривать себя, вроде ничего не болит, не сломано, никаких ссадин и синяков. Приземление получилось таким же тяжёлым, как прыжок со стула. Но на деле — с четвертого этажа. Да уж, не самый верный способ покинуть здание.
Ночной город встретил огнями… настоящего огня. Голубое пламя объяло всю улицу или, скорее, пристроилось милым соседом. Близ лежащие дома, магазинчики, тротуары, фонарные столбы, дорожные знаки и прочий городской интерьер пылал, как на параде фаерщиков. Вывески теперь горели не неоном, а призрачным огнём, источающим… нет, не жар преисподней, а холод. Холод не чуть не уступающий суровейшим пагодам, что случались в Эльдерсатене за всё время существования страны. А эти ледяные циферки без малого в книге рекордов сразу после северного и южного полюса.
