На одной скучной дорожке мы остановились у обычной скамейки. Точнее, остановилась Милли, а я уже был приморожен к земле её ледяным:
— Пришли.
— Куда? — не задумываясь, спросил я. Что она хочет от голых деревьев и заснеженной травы?
— В парк, — Милли смотрела куда-то за скамью, между сенью древесных сторожей природы. Ветки мерно покачивались в такт слабому ветру, редкие человеческие гости лишь дополняли ощущение пустоты и бедности открывшегося вида. — Ничего не помнишь?
— Не понимаю о чём ты, — ответил я заготовленной фразой.
Ведьма поманила пальцем и сама зашла за первое дерево от лавочки, удобно усевшись на промёрзшую землю меж мощных корней. Она здесь явно не впервые… Чуть дальше, напротив секретного места, перед глазами выросла… клумба. Неряшливо сделанные бортики были под стать осунувшимся цветкам. Давно облетевшие лепестки и сухие, мёртвые стебельки. Несмотря на обстоятельства, я всё же узнал их…
— Прострел, сон-трава. — я сглотнул вставший в горле комок.
— Узнал?
— Мы здесь ради твоего хобби по разведению цветов? — я взял себя в руки. Она не может знать. Это просто невозможно.
— Ты помнишь тот день? — отрешённо спросила Милли, пропустив колкость мимо ушей.
— Могу я спросить, почему…
— Люди всегда пытаются дать ответы на терзающие их вопросы. Но им невдомёк, что не все ответы можно обличить в слова до того, как их найдёт душа, — слово в слово процитировала Миллиан. — В тот день я была там, на крыше, следовала за тобой от самого парка, где ты… оставил букет.
Я с тяжелым выдохом присел рядом с девушкой. Значит, она всё видела, всё знает. Когда секреты вскрываются, как старый гнойник, и вырываются на поверхность, подобно первым лучам проснувшегося солнца, чувствуешь смятение. Чувствуешь до тех пор, пока включается разум и…
— И что с того?
— Нерсиаль, — в груди вновь неприятно кольнуло. Проклятый клинок… — Это твоё имя, не меча, не прошлого воплощения. Оно только твоё, оно сверкает на кромке твоей поломанной души.
Это знание было подобно грому средь ясного неба… Неужели всё это время я обращался к самому себе?! Да откуда она вообще столько знает?!
— Но даже так, разве…
— Какой в этом есть смысл? Его ты ищешь последние годы с того самого дня? Или я не права?
— Но…
— Тогда какой чёрта, ты превратился в пацифиста?! Почему сидишь и бездействуешь день ото дня?! Ну!
— Сестра… Она пострадала из-за моих действий. Сейчас лежит в больнице, ей уже не долго осталось, может, месяц, пол…
— Понятно… и это всё? Тебе предложили сдаться, а ты с улыбкой согласился?
— Не говори так, будто понимаешь хоть что-то!
— Ты пытался найти выход, решение?! Рана ведь духовная, есть сущности и маги, способные помочь, но гораздо проще ведь было оставить всё, как есть?
На это мне нечего было ответить. Я не могу подвергать сестру опасности, как же она не поймёт…
— Пошли, — Миллиан встала, призывно помахав рукой.
Куда? Я догадался почти сразу. Главная достопримечательность Таирса — никогда неувядающие дерево, Индери Цирит, что в переводе с какого-то древнего наречия означало «Вечный Король». Выдающиеся по размерам даже по сравнению с соседними дубами-богатырями, пышная крона начиналась чуть выше человеческого роста и казалось не заканчивалась никогда. Учёные давно бьются над загадкой происхождения или хотя бы вида чуда природы, но самое главное было отнюдь не в габаритах. Листья. Сначала увядали те, что находятся ближе к земле и так маленькая армия жёлтых солдатиков проносилась до самой верхушки, но та всегда оставалась зелёной. Всегда. Будь то зима, лето, осень или весна. Всегда.
— Знаешь, почему Цирит не сдаётся и не чахнет? — озадачила Милли, отойдя за спину. — Он является сердцем города, близлежащих деревень… он был сердцем древних народов задолго до того, как люди заложили около него строительные фундаменты.
— Миллиан, я понимаю, что ты хочешь вернуть прежнее, сделать тем, кто… эй, ты… — я хотел обернуться, но был остановлен теплом, теплом живого сердца.
Я хотел вывернуться, но быстро вспомнил о том, что наедине с ведьмой, а не обычной одноклассницей, хотел что-то сказать, но девушка заранее прикрыла мне рот, захлопнув челюсть и не позволяя ей пошевельнуться.
— Ты не понимаешь, да? — начала Милли с отчаяньем в голосе. Неужели я её единственный вариант или же… — Если бы не тот день, я бы никогда не стала магом, если бы не ты, то, возможно, я бы никогда не получила браслет вместе с его силой и знаниями, если бы не та девушка на крыше, если бы твой личный ангел-хранитель не обрубил собственные крылья и не пожертвовал жизнью ради пары напутствующих слов, я бы здесь не стояла, как и ты…
«Получила? Ангел-хранитель? Если бы не я?»
— Не понимаешь… почему ты сдаёшься и бросаешь свои поиски у финальной черты?
«Финальной…»
— … разве ты не видел нить? Ту самую… Разве ты не видел собственный путь, разве ты до сих пор не понял в чём смысл?
«Она порвалась навсегда» — хотел сказать я, но челюсть по-прежнему была скованна нежной ладошкой.
