«Что если нежелание расставаться с ней, с семьёй… имеет настоящую важность для меня, заставляя приклеивать маску?»
Порой понимаешь, что сколько не копай в глубь и ширь, а достичь сознанием хотя бы части искомых истин не выходит. Тем временем блондинка старательно запихивала в себя остатки мучного изделия.
— А что насчёт призраков… — я сделал нарочито задумчивый вид. — Оберег при тебе?
Однажды я ей подарил амулет в форме ангелочка. Мелочь, но она верит в него до сих пор.
— Да… — насторожено отвечала Кая, взявшись за цепочку, выглядывающую из-под футболки с единорогом на розовом фоне.
— Тогда не вздумай снимать, иначе… — я предварительно нашёл в левой ссылке файл со страшными звуками. — … они могут прийти за тобой!
Резко вставленная фраза и неожиданно появившиеся завывания призраков сделали своё дело: Кая с визгами убежала из моей комнаты в свою, судя по хлопку дверью.
Не очень хотелось пугать сестру, но мне нужно нормально поспать, а она ведь с расспросами не отстанет до вечера. Да кого я обманываю? Разве можно напугать двенадцатилетнюю девчонку такой ерундой? Вероятнее всего, она притворилась, чтобы потом надавить на меня через родителей, несмотря на то, что я, объективно, ничего плохого не сделал. Разве что оградил себя от глупых школьных слухов о брате-которого-чуть-не-съели-приведения. Слишком Кая привязалась к тематике оборотней, вампиров, приведений и… единорогов, а ещё боёв без правил и много к чему другому.
Засыпая, я запретил себе смотреть на пристроившегося по соседству мохнатика, запретил думать, думать хоть о чём-то кроме сна. Нужно всего-навсего очнуться и забыть…
Утро встретило не предвещающим ничего хорошего кашлем. Холодная земля вкупе с несколькими часами беспокойного сна на ней сделали своё дело. Лишнее напоминание о том, что болезнь под названием "мохнатик головного мозга" никуда не исчезла и прогрессирует, чудеса только в сказках, а нам нужно что-то делать с вывертами реальности…
"А я-то думал, что у меня хороший иммунитет" — подумалось при грустном взгляде через окно на восходящие солнце. — "Пробежаться на встречу ему было бы неплохо"
В нашей семье есть небольшая традиция, от чего-то прижившаяся только по мужской линии. Когда отец занимал менее высокую должность и дольше бывал дома, тогда мы всегда бегали по утрам. Этакий ритуал перед началом дня. Сам не знаю, когда и как привязался, став необходимостью, а затем приятной привычкой. Но ни что не заменит прохладного ветерка и той чистоты мысли, возникающей при беге.
"Мысли должны быть остры, чтобы поразить само сердце — так он говорит. Похоже на маленькую правду о большом мире, но только похоже…"
— Брат, неужели тебя заразили призраки, и ты исчезнешь, смотря на свет? — пробормотал сонный хомячок, едва выбравшись из уютной берлоги в жестокий мир без тёплого одеяла и розовых снов.
— Нет, разве что диагностирую себе философию, а тебе надо бы меньше засыпать под дешёвые сериалы, — отозвался я, попутно обходя по кривой дуге нового питомца, покачивающегося под люстрой. Нужно время, чтобы адаптироваться к чужеродному созданию подле себя, пропадом оно пропади…
Мои кульбиты вокруг центра комнаты выглядели по меньшей мере странно, но Каю, казалось, волнует либо оставшаяся в одиночестве подушка, либо желание показать себя лучшим ребёнком в семье. Кого-кого, а меня не проведёшь, интриганка:
— Стоять. А что ты забыла в моей комнате?
Светловолосый демонёнок уставился на меня снизу вверх, как на дурака какого:
— Мама прописала тебе прогулки на свежем воздухе и лекарство от простуды. Я слежу, а то "он ведь точно забудет и проваляется с температурой до зимы" — сказала она, уходя на работу.
И так, каждое утро закатывая глаза, когда сестра закатывала сцены заботы о безответственном брате, я провёл до полного выздоровления. Ни на какой свежий воздух я даже не думал выходить, погрузившись в генеалогию семьи.
"Никого с именем "Нерсиаль", никаких мечей, никаких сумасшедших — комар носа не подточит" — размышлял я, понемногу набирая скорость. — "Пусто, как и везде"
Ослепительно белые полоски на чёрной ткани проносились мимо фонарных столбов, освещая просыпающийся город новостью о вернувшимся "в строй" бегуне. Лёгкие лучи солнца россыпью тополиного пуха, взлетающего на редких порывах ветра, настойчиво бросались в глаза. Как волнительные думы о волшебном мире, они отсвечивали со всех сторон, ни на секунду не давая забыть о них. Почему-то на лицо между ритмичным дыханием ложилась тень улыбки — хотелось разобраться во всём до самой мелкой детали. Подобный запал не случался со времён впервые заданного вопроса.
— Зачем это всё?
Злобный выступ асфальта напал на носочек кроссовка, и, хватаясь за невидимые опоры, как за спасительный круг, я чуть было поближе не познакомился с подозрительным пятном на дороге. Обошлось.
— Ху-ух, — переводя дыхание, оглядывался по сторонам. — Показалось?
Словно кто-то произнёс фразу до того, как та прозвучала в моём сознании — не ошибся.
