Селена нечасто баловала свою подопечную подобными моментами, предпочитая отсиживаться в своем углу чужой души. Но как раз оттуда лучше всего ощущались переживания Луны, ее эмоции, способные сбить с пути принцессу, погрузить в пучину бессмысленных, опасных сомнений. Посему, не желая даже намеков на проблемы, волчица всегда оказывалась рядом в моменты нужды, даря совет, разговор, или, как сейчас, уютное тепло. Все-таки изначально она была воплощением ночи, ясной, тихой летней ночи, с полным звезд небом, яркой луной. Уже потом, когда мир обезумел, она стала той, кем являлась теперь — холодной, словно зима, богиней, закованной в латы, будто река в лед, готовой клинком и стальными когтями рвать своего противника на части.
Сейчас же она мягко гладила и чуть почесывала лежащую у нее на коленях принцессу, помогая скрасить ожидание момента, когда нужно будет опускать ночное светило. На морде Селены играла мягкая улыбка, а синие глаза смотрели тепло и с заботой. Казалось, она уже давно позабыла все эти эмоции, отбросила их, поглощенная болью, ненавистью и кровью, но нет. Новый мир, эти необычные, яркие смертные, забота о ком-то столь хрупком разумом и телом, все это позволило богине оттаять. Она медленно менялась, адаптировалась к новому миру, и, как знать, быть может, через несколько десятилетий ей удастся избавиться от приросшей к телу и сути брони? Оставить меч навеки пылиться в темной кладовой, забыв о том, что когда-то она разила им родную сестру. Забыть о необходимости стоять на страже, отпустив мирный, спокойный Эквус.
Ночногривая волчица улыбнулась шире. Это было бы прекрасное будущее.
***
Лишь спустя два с половиной года после первой встречи с Сомброй, Селестия все-таки решилась начать действовать, всего за несколько дней до того, как Селена окончательно бы потеряла терпение.
За это время Кристальная Империя успела хорошенько дать по клюву Империи грифонов, захватив несколько их провинций и значительно пошатнув позиции и так дряхлеющего Гравея. Луна предполагала, что тот вот-вот слетит с трона, а его прямой наследник удержаться на нем точно не сможет — кланы скорее устроят гражданскую войну, чем позволят и дальше сдерживать свои воинственные порывы. Проигранная война с кристальниками сильно ударила по самомнению птицекошек. Селена не стала советовать своей подопечной отправить в шатающуюся Империю фестралов с целью начать гражданскую войну, ночная принцесса должна либо сама дойти до этой мысли, либо после пожинать плоды своего бездействия. Только такие уроки, на взгляд волчицы, могли задержаться в памяти и обеспечить полноценный опыт той, кто имел все шансы прожить несколько тысячелетий.
Впрочем, она признавала и возможную ошибочность ее решений. Весь ее опыт был сформирован на основе ее родного, воинственного, жестокого мира. Именно поэтому она и не настаивала на своей точке зрения, позволяя жителям Эквуса самим решать, как жить, какую историю творить. Волчица все так же не желала самостоятельно задавать путь развития целому миру, разумно опасаясь столкнуть его в пучину кровопролитных войн.
Помимо двух сестер-аликорнов, в бой выдвинулась Солнечная Гвардия, личный отряд Селестии, пожалуй, наиболее боеспособный из всей нынешней армии Эквестрии. В отличие от Дневной стражи, Гвардия проходила полноценные боевые тренировки и стажировалась в Вечнодиком лесу, получая весьма ценный опыт взаимодействия внутри подразделения. О чем говорить, если даже строевая подготовка Гвардии в первую очередь была направлена на умение действовать в составе большого отряда, а не красиво маршировать на площади. Так же собрались и выдвинулись фестралы, большая их часть. Четыре единорога и восемь пегасов сопровождали отряд, прячась в тенях и разведывая местность вокруг, высматривая ловушки и засады, пока шесть единорогов с поддержкой шести земнопони аккуратно обследовали барьер Кристальной Империи. Серьезным подспорьем был отправленный пока еще держащимся за трон Гравеем полнокровный грифоний полк, Грохочущее Крыло — подразделение, набравшееся опыта в боях с кристальниками. Получившее свое название за стоящие на вооружении алхимические бомбы, эти летуны были самыми опытными в Империи в деле противостояния кристальникам. Силы собрались не очень внушительные даже по меркам Эквуса, но общий профессионализм и серьезная поддержка с воздуха — почти шесть сотен грифонов — могли сыграть решающую роль. По большей части, они все должны были сдерживать армию Кристальной Империи, чтобы аликорны могли полностью сосредоточиться на Сомбре — тот вот уже год как не появлялся вне барьера без многочисленного и крайне агрессивного сопровождения.
