Запираешься один в комнате на ключ и устраиваешь спектакль перед зеркалом – театр воображения. Корчишь оскорбленную, злую физиономию: «Отвали, не то как дам!» И перед зеркалом – понарошку – дерешься. И смотришь. Смотришь – и размахиваешь руками, молотишь кулаками по воздуху. Не то ветряная мельница, не то псих. Удары, финты, уклоны. Весь красный, глаза вытаращены, нос блестит, скалишь зубы, броски, прыжки – осел упрямый, сил уже нет, но что поделаешь, взялся за гуж…
А после драки? Посмотрись в зеркало. Что, хорош? Какой-то растерянный, глупый вид – сразу видно, проиграл. Одергиваешь рубашку, подтягиваешь штаны, застегиваешь, поправляешь, оглядываешь себя: неуклюжий, смешной, надутый, нахохлившийся. Не зря гласит пословица: злость – враг красоты. Сравнительное наблюдение: петух. Ты после драки голову повесил – он хвост, у тебя пуговицы не хватает или дырка на рукаве – и петух точно такой же, жалкий, несчастный.
Первый способ – считать баллы, второй – зеркало, а третий – хладнокровие, выдержка.
Не подобает тебе ссориться по-девчоночьи, не хочешь так? Но можно ведь ссориться по-мальчишечьи.
Девчонки тарахтят, лица красные, носы блестят, глаза как плошки, и та-та-та, та-та-та, и наконец: «Не стану с тобой ругаться, подумаешь, тоже мне, я даже отвечать тебе не собираюсь…» Мальчишка может иначе. Тебе скажут: «Что, струсил? Ну давай, попробуй! А-а-а, боишься!» А ты с презрительным видом цедишь сквозь зубы: «Боюсь, да – как бы тебе потом на золотые коронки не пришлось раскошелиться».
И еще. Если он спрашивает (вопрос-то провокационный): «Хочешь схлопотать?» – не отвечай: «Хочу». Или на его: «Эй, ты, сейчас схлопочешь!» – «Попробуй». Он потом скажет, что ты сам напросился.
Советуют, когда злишься, прикусить язык. Это не лучший метод. Что получается? Ты его хочешь раздавить, стереть с лица земли, а вместо этого будешь как дурак собственный язык грызть? Есть другой метод: перед тем как пустить в ход кулаки, произнеси латинское заклинание: Concordia res parvae crescunt, discordia maximae dilabuntur[17]. Можно и по-польски сказать: «Согласие строит, несогласие разрушает».
Ребята утверждают, что латинский вариант действеннее. Правда, жалуются, что слишком длинно, рискуешь не успеть. Но можно и просто так три раза в день повторять после еды на десерт. Закрыть глаза и – медленно ли, быстро – Concordia res parvae crescunt.
Пятый способ – самый главный: сильная воля.
Натягиваешь поводья: тебя несет, но ты – ни в какую! Железная воля, спартанец. Не петушок, не щенок – мужчина. Только не сразу, а то перегреешься – и неудача. Нет, ты стремишься к цели, считаешь драки, шаг за шагом продвигаешься к улучшению. И вот – победа.
А что ж ты думал? Человек без воли – пустое место, выпендрежник, марионетка (дернешь за веревочку – прыгает). Человек без сильной воли – травинка, пылинка, тюфяк, недотепа, нюня, пузырь надутый. Без сильной воли он что? Соломинка, нитка, мятная пастилка, печенька, фитилек, тень, слепень. Тьфу! Человек без воли – шестерка пик, шут, обмылок, карась в сметане, маринованный груздь, клейстер, поросенок с бумажной розочкой на блюде. Человек без сильной воли – тряпка для пыли, прыщик на щеке, телячий студень.
Я знаю, ты вспыльчив. Нет-нет, никаких нравоучений: не люблю лезть в душу. Это ваши дела, сложные и запутанные. Понимаю: стычка, короткое замыкание, вспышка, взрыв – драка. Вам лучше знать. Зачастую избежать драки действительно нельзя. Но за день трижды тузить друг дружку – три вспышки, три взрыва? Это уж слишком. Перебор.
Я понимаю, взрослым легче. У них есть суды – городской, окружной, суд чести, торговый, морской, военный, дисциплинарный – и уж в редчайших случаях – дуэль.
Поэтому я не запрещаю мальчишкам драться, если силы равны или если более сильный сдерживает себя, а более слабый не применяет запрещенных приемов. И конечно, нельзя подзуживать: «Не сдавайся!», «Трус!», «Врежь ему!», «Ату!» – как собаке. И радоваться и издеваться нельзя.
Мальчишки кричат: «Смотрите, они дерутся!» Я сразу иду, наблюдаю, приглядываю, но не вмешиваюсь. А зачем? Схвачу одного за руку – другой воспользуется заминкой и наподдаст, так что первый еще больше разозлится. И что дальше? Я их разниму, а они потом завершат дело в другом месте. Или испугаются, что я сейчас вмешаюсь, а они не успеют выяснить отношения, ну и напортачат в спешке. И вместо совершенного кристалла драки мы получим изуродованный, исковерканный, неестественный ошметок, фрагмент, огрызок.
Хуже всего, когда дерется новичок: он не знает, не может рассчитать, не умеет – сразу кулаком в нос. Бывают носы очень кровоточивые; опытному бойцу об этом известно, он на всякий случай подобных ударов избегает, а новичок на это ведется. Взрослые же сразу: «Кровь! Ах ты, бандит!..» А он вовсе и не бандит, все дело в особенностях вышеупомянутого носа.
