Несносная Херктерент - 2 [СИ] полностью

Марина раздумывает — сбежать ли в столицу, или остаться в школе — раз выдвинут лозунг свержения монархии — то она-то должна эту монархию защищать, хотя присяги пока и не давала. С другой стороны — если мятежники захватят её или Софи… То всяко ничего хорошего не будет.

Не выдержала, отправилась прогуляться до поворота с Имперской трассы к школе. Там неожиданно обнаружились лёгкий броневик, грузовик и примерно два отделения откровенно прохлаждающихся солдат. Так. Двое офицеров с повязками военной полиции и ещё один в форме Первого крепостного полка — формально, гарнизона столичной крепости, а фактически — полка охраны Императора и важнейших правительственных объектов. Что-то в столице и правда случилось. Будь тут только солдаты из обычных частей, Марина непременно подошла, чтобы выяснить, что же всё-таки происходит. Но тут офицер из Крепости, и хотя, ей он неизвестен, он-то Марину сразу узнает. Новобранцев, попавших в Крепостной полк ведь заставляют учить не только полную титулатуру всех Великих домов.

Наплевав на условности, направляется к Дмитрию. Собственно, он-то ей не нужен совершенно, а вот приёмник…

— Утром было сообщение. От какого-то «Комитета спасения Родины». Мол, вся власть переходит в руки временного комитета.

— А сколько у них дивизий?

Дмитрий вопросительно уставился на неё. Марина начинает злиться.

— Дивизий у них сколько?

— Не понимаю…

— Дурнем не прикидывайся! Сколько у них дивизий, чтобы делать подобные заявления? Кто они вообще такие?

— Они же сказали…

— Даже император Тим только войну хочет выиграть. А вот на смену у нас государственного строя даже у него дивизий не хватит. У этих что, дивизий больше, чем у Тима?

— Наверное, нет…

— Ты, что, издеваешься!?

Опять непонимающий взгляд.

— Ладно, проехали… Они что, радиоцентр захватили?

— Наверное…

— Наверное, наверное… Вещание какой радиостанции прекратилось первой?

— «Голос Родины». Они на их волне в эфир вышли.

— Понятненько. И долго вещали?

— Минут десять.

Так. Радиоцентр с ажурной радиомачтой чуть ли не в две сотни метров высотой расположен не слишком далеко от помпезного здания Генштаба. Если его захватить…

То ничего не произойдёт. Это только обыватели, и притом не самые умные, могут считать, что управление войсками осуществляется отсюда. Реальные центры связи расположены совсем в других местах, в одном Марина даже была. Центр связи есть и в Генштабе, но насколько Марине известно, очень сильно резервный, да к тому же ещё и законсервированный.

Здания основных министерств тоже неподалёку… Только вот в здание Безопасности и в обычные-то дни сложновато посторонним попасть. А сколько народа может понадобиться для установления контроля над занимающим целый квартал Министерством машиностроения, Марина даже представить боится.

Марина начинает крутить ручки приёмника, выискивая иностранные радиостанции. Нейтралов лучше не слушать вообще. Они зачастую о ситуации на фронтах передают такое, что радиостанции противников над ними чуть ли не совместно потешаются.

В первые дни войны умудрились выдать сообщение о голодных бунтах в грэдской столице. Сейчас тоже неплохо забавляют слушателей, сообщая о боях между перешедшими на сторону восставших гвардейцами и верными правительству частями.

Местный МИД, впрочем, от комментариев воздерживается.

Ага, вот и «Мирренская волна»… Но там ничего интересного — транслируется заседание парламента. В другое время можно и послушать — очень часто обсуждение спорных вопросов сопровождается руганью, иногда драками. Временами и стрельбой, убийства в прямом эфире уже случались. Хотела уже крутить дальше, но передача прервалась.

«Внимание! Прослушайте важное правительственное сообщение…»

Если отфильтровать заявление мирренского МИД от дипломатических оборотов, то вкратце выражалась озабоченность ситуацией у противника. Выражалась уверенность в скорейшем восстановлении установленного законом порядка. Прямым текстом заявлялось о своей непричастности к происходящим событиям.

А вот подробностей никаких не последовало.

Миррены не передают ничего интересного: «Новостей не поступало».

«Мятежники блокированы. Удерживаемые в зданиях гражданские лица освобождены».

Потом опять музыка.

«Мятежники сложили оружие».

С утра, вместо привычных сводок, по радио стали передавать выступление Саргона. Марина не то, чтобы удивилась особо — знает неплохо, что такие речи частенько записываются несколькими днями ранее. Частенько, но далеко не всегда. Император мог импровизировать.

Марина помнит — несколько лет назад ей попалась толстая книжка — «Собрание речей Его Императорского Величества». Количество страниц поразило ребёнка.

«Ты эти речи все прочитал?» — спросила она у отца.

Император усмехнулся в ответ.

«Некоторые из них я даже написал».

Иронию принцесса поняла только недавно.

Дослушав выступление, Марина решила, что в этот раз шла не запись, а выступление вживую. Умеет Саргон, не говоря ничего прямо, намекать на всем известные события. Похоже, в столице в ближайшее время он объявится.