Как я могу переубедить такого же упрямого человека, как я. Я словно борюсь сама собой, а это наперёд проигранная битва.
– Тук-тук! – В дверной проем Брук просунула свою белокурую голову. – К вам можно? – весело спросила она и поставила пакет с продуктами на прикроватную тумбочку. – Все, о чем ты просил.
– Спасибо, Брук, – улыбнулся Деймон, и будто он не злился несколько минут назад. Его лицо снова озаряло счастье. Чертов бессердечный эгоист! Я еле сдерживалась.
– Элла, так давно тебя не видела! – Брук обняла меня и поцеловала в щеку. – Увидела мельком Эльвиру. Она была расстроенной и так быстро покинула клинику, что я даже не успела окликнуть ее.
– И ты общаешься с этой девчонкой? – обозлился Деймон.
– Хватит! Прекрати немедленно! Ты ведешь себя как маленький обиженный мальчик!
– Даже так?
– Да, так.
– Тогда советую тебе нагнать свою обожаемую подругу, – отчеканил он.
Брук смотрела на нас в недоумении. Еще бы, ведь мы никогда так с Деймоном не общались друг с другом. Я поджала губы, когда он отвернул от меня свое лицо. Просто буду надеяться, что это поведение – последствие комы. У меня сердце разрывается от такого Деймона. Он жесток и, когда встанет на ноги, точно не будет от него пощады никому. Боюсь представить, что будет, если перед ним встанет Эдвард. Неужели эти люди ему так ненавистны? Почему? Не они же отравляют нашу жизнь. Кома проела все его мозги, и я просто надеюсь, что со временем его необоснованная неприязнь улетучится из него.
– Выздоравливай, братик, – дрожащим голосом сказала я и зашагала к выходу. Сейчас мы с Эльвирой точно стали подругами – по несчастью.
Я чувствовала на себе сопровождающий взгляд Деймона, и он уже пожалел о том, что прогнал меня. Я не переживаю за него, ведь Брук будем рядом. А со своим внутренним миром, отношением к окружающим пусть сам разбирается, поскольку я могу дать лишь слова напутствия. Дальше лезть я не буду, поскольку это бесполезно. Он потерялся и запутался в себе, и все это – последствия комы. Уверена, просто нужно время. Я хочу оправдывать его, ведь Деймон мой брат. Самый близкий человек в моей жизни. И я в любом случае никогда не отпущу его руку из своей.
Я позвонила Эльвире, когда вышла из клиники. Она назвала мне место своего нахождения, и я быстро помчалась к ней. Просила у нее прощения за своего безрассудного брата, но она лишь с улыбкой уверяла меня, что ничего столь ужасного, за что можно переживать, не произошло. Я уставилась на нее в изумлении, восхищенная ее силой духа и стойкостью. И хоть она старательно скрывает от меня свои истинные эмоции, я вижу, как ее глаза слегка опухли и покраснели. Как в серых глазах на какое-то мгновение пропал блеск былого энтузиазма. Эльвира была раздавлена поступком моего брата, но сама же уверяла себя, что ничего страшного не произошло.
Тут меня осенило, я стала сравнивать, сопоставлять все возможные факты, чтобы прийти к единому умозаключению. Если бы со мной так поступил ее брат, то я бы начала питать к нему ненависть. Но это чувство заняло бы мое сердце в том случае, если бы я не сгорала от любви к нему. Искренней, страстной и обжигающей, которая своим огнем истребляет все остальные негативные чувства, которые можно испытывать к нему. Моя любовь просто не позволяет этого делать и борется, словно солдат с врагами, которые хотят вторгнуться на ее территорию. И уверена, так чувствует любой другой искренне любящий человек. Отсюда следует итог, что Эльвира начала испытывать чувства к Деймону и закрыла глаза на его бестактность и грубость.
Я размышляла об этом всю дорогу, пока мы молча ехали к ней в квартиру. Эльвира весь пройденный путь смотрела в окно и думала о своем, пока я крепко сжимала руль и смотрела за дорогой. Я хочу, чтобы она не терзала себя тяжестью и выговорилась мне.
– Эльвира? – окликнула я ее, когда мы встали в пробку.
– М?
– Он не всегда будет таким. Думаю, если ты придешь еще несколько раз, то он просто смирится и привыкнет к тебе.
Она тяжело вздохнула и посмотрела на свои руки, которые покоились на ее бедрах.
– Думаю, не стоит этого делать. Время все расставит по местам, – безжизненно ответила она.
– Он тебе нравится, – выдала я свой вердикт. – Поэтому ты заговорила со мной о любви той ночью.
Эльвира горько усмехнулась. Ее лицо накрыла печаль.
– Я не хочу признавать этих чувств, и так будет лучше. Как внезапно вспыхнули, так же быстро и утихнут, – с печалью в голосе проговорила она, обнимая себя за плечи.
Машины позади меня яростно просигналили, и я оживилась, быстро хватаясь за руль, и продолжила свой путь.
