- Есть какие-нибудь соображения? – поинтересовался Шрам, вновь вытаскивая сигарету. – Допустим, девчонка, которую уволокла птица – это Мэрид, кукла, у которой развалилась голова… это, скорее всего Сибил, а сцена с преобразованием – это процесс создания твари, которую подсунули родителям вместо дочки, чтобы те больше ее не искали. А вот остальное?
Крот задумался.
- Я думаю – наконец, произнес он. – Та окровавленная деревня – это намек на эпидемию во владениях герцогов Макмиллан, а заболевшая девушка, за которой ухаживает служанка, скорее всего их дочь. А что касается злобных ангелочков и прочего,… похоже, это подсказки насчет церкви святой Маргарет и приюта, о котором она заботится. И я почему-то уверен, что все это – узелки одной паутины, которая опутала… как бы не всю страну.
После этого на долгое время воцарилось молчание. Наконец, Шрам произнес:
- Да уж,… похоже, влезли мы по… самую макушку! Да еще и Ш…
- Тихо! – резко бросил Крот. – «На эту тему говорим только мысленно!»
«Понял!» – тут же переключился на ментальную связь лидер. – «Думаешь, эта дрянь, что внутри него может слышать нас даже сейчас?»
«Не исключаю такой возможности» – кивнул друг. – «Так что ты хотел обсудить насчет Шамана?»
«Да я не столько о нем, поговорить хотел, сколько о той… штуке. Не могу понять логики ее действий! Это ведь однозначно злое создание,… но оно убивает всяких выродков и даже иногда помогает нам. Опять же, когда мы сидим дома, оно вообще почти себя не проявляет, не вредит ни нам, ни тете Зине с Мефодьичем. Случай с Николеттой, скорее исключение».
Крот задумался.
«Знаешь,… а ведь на этом и строится
«Да уж, не поспоришь! И главное сделать-то ничего нельзя!»
«Почему же, можно: продолжать наблюдение и в решающий момент помешать этой нечисти добиться своего» – «ответил» Саня, а вслух произнес:
- Ладно, пошли! А то по времени обед скоро.
- А Сема с Андрюхой как же?
- Попросим оставить им еду, только и всего.
Тем временем Горын и Шаман продолжали поиски следов странной птицы. И небезрезультатно, надо сказать! Примерно через полчаса Семен обнаружил огромное черное перо длиной почти полтора метра, второе такое же нашлось минут через сорок,… а недалеко от него вновь были заметны отпечатки птичьих лап. След уводил на восток от замка и, немного посовещавшись, друзья решили пройти по нему, чтобы выяснить больше, а если ситуация станет серьезной – вернуться. Правильность этого решения подтвердилась почти сразу – в течение часа парни нашли еще несколько перьев и отпечатков.
- Болезная какая-то птаха! – произнес Горын, осматривая очередные следы. – Пролетит немного – присядет! Да еще и перья все время теряет! Какое-то ненадежное средство передвижения!
- Насчет «болезной» замечание верное – кивнул Шаман. – Только у меня такое чувство, что эта пичужка не столько сама болеет, сколько заразу распространяет! Иначе с чего бы траве вянуть? А то, что линяет так интенсивно, может значить лишь…
-…что она – нежить! – закончил здоровяк. – И как нам с такой дрянью воевать, если она на нас налетит?!
- Ну-у,… чтобы перебить ей крыло, патронов у меня хватит! – чуть поразмыслив, произнес Андрей. – А дальше – дело техники!
На этом разговор прервался, ибо на пути Неспящих оказался очередной крутой холм. Тропинки нигде видно не было, так что друзья двинули напрямик… и замерли на вершине, залюбовавшись открывшимся зрелищем!
Слева от холма простиралась живописная зеленая долина, укрытая травяным ковром, в котором яркими точками виднелись цветы – в основном одуванчики и ромашки. Кое-где просматривались редкие деревья, тихонько шуршавшие пышными кронами в такт легкому ветерку. А посредине долины располагалось синее-пресинее озеро. В центре водоем был практически черным, что указывало на немалую глубину, а по краям вода была такой прозрачной, что можно было легко различить дно, покрытое песком и галькой. Для полноты картины не хватало только стаи-другой уток, да какого-нибудь задремавшего в лодке рыбака, у которого потенциальная добыча уже давно успела объесть всю наживку с крючка. Только белая лошадь щипала траву недалеко от берега. Семену она почему-то не понравилась сразу, о чем он и сообщил товарищу.
- Да тебе лошади никогда не нравились – заметил Шаман. – Не пойму, почему? Вполне себе милые создания. Или тебя кто-то из них лягнул?
- А я знаю?! – вопросом на вопрос ответил Семен. – Может и было в прошлом… так ведь не помню ж ни фига! А лошадь эта все равно подозрительная!
- С чего бы это?
