На портрете видим мы мужчинуВ парике, похожем на овчину,Подбородок у него пудовый.Кто это? Какой-нибудь Людовик?Нос плюс губы — как трефовый туз.Это Миних?Или это Брюс?Но известно, что обманчив видИ на самом деле это Свифт.В юбилей наш вспомним кавалера,Нам придумавшего Гулливера.Чтоб не лопнул у читавших зоб,Он писал на языке Эзопа.Он выдумывал как будто сказку. ПростоПриключения. Какой-то остров.Потерпел крушение корабль,И, надежды исчерпав запасы,Выползает на берег, как краб,Гулливер —Единственный, кто спасся.Все, как в сказке. Много разных тайн.Остров, кажется, необитаем.Гулливер, похожий на кузнечика,Спать ложится. Видит, делать нечего.Спал и видел дом родной под вязом,Родину зеленую, овечек,Не подозревая, что его привязываютВ это время маленькие человечки(Ясно — сказка, раз такие вещи,Как микроскопические человечки!).В детстве так и думали: — О да!Эта книга для детей подарок…Столько всяких там чудес напутаноПро гигантовИ про лилипутов!Гулливер обедать вышел в сад.Вдруг громадная летит осаИ, как коршун, плавает над тортом —Гулливер ее сражает кортиком!Много в этой книге удивительного…Он потом попал в страну, где людиДержат головуВ наклонном виде(Голова лежит при этом, как на блюде!).Сказочка!Читать зимой у печки, —Осы… Великаны… Человечки…В результате оказалось: где там!Тут не приключения для деток, —В каждой строчке издевательство и злоба!Оказалось, что язык Эзопа…Вот как приходилось изворачиваться…Гулливер какой-то, корабельный врач,Лилипуты… множество историй, —А на самом деле виги, тори,Двор, ханжи, ученые, король,Тупоумии суеверных рой.В юбилей наш вспомним кавалера,Нам придумавшего Гулливера.Мы — в стране гигантов!Но поройУ подножия гигантской стройкиВозникает лилипутов рой…Вот он, паразит, вредитель, плут,Вот он, тупоумец-лилипут!Мы в стране гигантов, но поройЛюди ходят в ней с наклонной головойВлево, вправо, — как при Гулливере:Этот сомневается, а тот не верит…Великаны мощные растут,По стране расставленные Планом,Но поройНичтожный лилипутВдруг себяВоображает великаном!В юбилей наш вспомним кавалера,Нам придумавшего Гулливера.У врагов глаза вылазят рачьи…Пятятся враги, как ящеры…Нам теперь не надо изворачиваться, —Мы — сатира,Не просачивающаяся,А разящая!№ 15—16, 1932 г.<p><strong>Б. Самсонов</strong></p><p>ДРУЗЬЯ</p>Сколько товарищеской заботливости и поддержки оказывают верные друзья!
Как легко и радостно живется при их помощи!
Помню, приехал я в Москву восьмого, а девятого уже пошел на новую службу. Работать, правда, не пришлось, — ходили хоронить счетовода Естомина, но зато в этот день я познакомился с превосходнейшими людьми, вернейшими друзьями усопшего.
Мы шли торжественной процессией по прекрасным улицам столицы. Друзья покойного самоотверженно переносили дождь и трудности уличного движения.
