— Стой! — резкий голос Бальдемара прозвучал, словно звон железа о железо. Витгерн замедлил шаг, но не остановился. — Ты слишком резвый своевольный щенок, которого надо держать на короткой привязи. Повернись лицом ко мне!
Голос вождя звучал строго и повелительно. Витгерн медленно повиновался.
— Вот именно, — продолжал свою мысль Бальдемар, как ни в чем не бывало, все тем же пренебрежительным тоном, — клад!
— Я не поспеваю за твоими мыслями, Бальдемар, но зато я хорошо знаю, кто мой враг!
— Ты уверен в этом? Витгерн, на нас напали вовсе не гермундуры.
— Что? Что?! — Витгерн оторопело уставился на вождя. У него было такое чувство, будто он на полном скаку упал с лошади. — На нас напали не… не… но, при всем уважении к тебе, у нас же есть свидетельства очевидцев! И их много!
— Однако самое интересное, — продолжал Бальдемар, не обращая внимания на слова Витгерна, — состоит в том, что негодяй Видо прекрасно осведомлен об этом.
— Это невероятно!
— Куда бы ни направился Видо, он поведет своих людей ложным путем. Поэтому не волнуйся о том, что он и его войска убегают из нашего лагеря. Ромильда не поедет за ними. Поэтому Видо вынужден будет совершать свой военный поход без запаса провианта, а без него он не станет вступать в сражения и вернется домой.
— Но Ромильда уже выстроила свои телеги! Весь обоз в двадцать подвод готов тронуться в путь!
— Ты прав. Но это я сам попросил ее поступить подобным образом. Иди и понаблюдай, что произойдет, когда Видо со своим сбродом попытается пройти мимо обоза. Ты должен больше доверять нашим людям, Витгерн. Среди наших сторонников осталось еще много таких, кто не желает превращаться в рабов. А теперь ступай.
Оказавшись опять под низко нависшим сумрачным небом хмурого утра, Витгерн увидел внизу под холмом в долине тревожную картину: огромная масса вооруженных воинов медленно прокладывала себе путь сквозь высокие заросли осоки к узкому выходу из долины, у которого стоял обоз с провиантом; Ромильда выстроила подводы в одну извилистую цепь. Казалось, яростная ненависть соплеменников к врагу сгустилась в сумрачном воздухе, предвещавшем грозу. Несколько сотен оставшихся в лагере воинов были взбудоражены всем происходящим и все еще не хотели смиряться с молчаливой пассивностью своего вождя.
— Бальдемар! Подымай нас в поход на врага! — раздавались нестройные хриплые крики, больше похожие на мольбы приговоренного к смерти о пощаде и милосердии.
Последняя радость и надежда покинули душу Витгерна, вытекли из нее, как мед из перевернутого рога.
«Вот он, конец», — пронеслось у него в голове.
Витгерн вкратце рассказал Зигвульфу о встрече с Бальдемаром.
— Или он сходит с ума, — сделал свой вывод Зигвульф, — или он стал таким же проницательным и всеведущим, как сами боги. Значит, он говорит, что это были не гермундуры. Так кто же это тогда был? Лесные духи?
Они видели, как Видо пустил своего коня галопом и поскакал вперед, чтобы занять место во главе войска. Верхом были только сам Видо, два его сына и пять избранных соратников, служивших ему телохранителями. Простые же воины, как это было принято у германцев, передвигались и сражались пешими. Видо очень прямо держался в седле, подняв поводья до уровня груди. Его острый, выдающийся вперед подбородок выделялся на лице, делая его еще более надменным. Видо явно красовался перед взорами друзей и врагов, потому что это, как он полагал, был момент его нелегко завоеванного торжества.
— Да, не очень-то ты преуспел в разговоре с Бальдемаром — проворчал Зигвульф.
Но Витгерн как будто не видел и не слышал его. Потому что в этот момент снизу из долины донеслись возгласы: «Что происходит? Что случилось?» Это кричали воины, замыкавшие колонну. Витгерн ничего не мог понять, он видел только, что последние ряды неожиданно остановились и сгрудились. Конь Видо взвился на дыбы, чуть не сбросив седока на землю. Задние ряды накатывали на передние, как волны запруженной реки. «Что там произошло? Похоже, из-под земли в мгновение ока возникла непреодолимая преграда!» — подумал Витгерн и, сбросив плащ на землю, быстро взобрался на высокую сосну. И сразу же все понял.
— Он остановил их! — радостно закричал Витгерн. — Хвала Бальдемару! Он поймал их в ловушку!
