— Ауриана! Что все это значит? Почему ты уже послала гонца за стражниками? — голос Марка Юлиана отозвался многократным эхом и прозвучал резче, чем на самом деле.
— Оставь меня в покое. Я хочу уйти отсюда!
Ауриана почувствовала жар во всем теле, словно оно запылало от стыда. Даже холодная вода не могла остудить этот румянец, Она отплыла от края бассейна, опасаясь, что Марк Юлиан может попытаться насильно вытащить ее из воды. Теперь пространство между ней и тем местом, где лежала туника, казалось непреодолимым.
— Ты понимаешь, что ты натворила? — раздраженно произнес Марк Юлиан, чья фигура возвышалась над ней как статуя. — Любой из этих стражников может оказаться доносчиком и соглядатаем моих врагов!
Ауриана поспешила прижаться шрамом к стенке бассейна, настороженно следя за каждым движением Марка Юлиана, готовая в любой момент оттолкнуться от бортика руками и ногами.
— Отпусти меня! — ее голос задрожал, она чуть не расплакалась навзрыд. — Пожалуйста, подай мне мою одежду.
«Вот я и начинаю унижаться просьбами», — подумала Ауриана, чувствуя отвращение к самой себе.
— Ауриана! — сказал Марк Юлиан, успокоившись и стараясь говорить рассудительно. — Ты должна взвешивать такие вещи. Тебе трудно понять, насколько сложна расстановка сил вокруг меня и в каком положении я сейчас нахожусь. Почему же ты хочешь уйти ни с того, ни с сего? Что случилось?
— Ничего, — с досадой произнесла она, сузив глаза.
— Ну что ж, хорошо, что ничего не случилось. Все равно, выбирайся из воды поскорее, а то простудишься. Вот твоя одежда.
Он держал в руках не грязную тунику, а ту, другую, из тонкого белого полотна.
— Не волнуйся. Клянусь предками вплоть до Энея, что я не буду смотреть на тебя.
Заколебавшись, Ауриана помедлила немного. Затем, подтянувшись на руках, выбросила из бассейна свое гибкое, мускулистое тело. Она не сводила глаз со спины Марка Юлиана, не очень-то полагаясь на его слово. Наскоро обтерев тело огромным полотенцем, Ауриана стала облачаться в тунику и несколько раз больно укололась о застежки незнакомой конструкции, потому что ее глаза смотрели не на них, а на Марка.
Одевшись, Ауриана почувствовала себя увереннее.
— Теперь отведи меня в прихожую. Я совсем сбита с толку и не знаю, как выбраться отсюда.
— Ауриана, ты говоришь не то, что думаешь.
Он повернулся к ней лицом, выражавшим беспредельную грусть и усталость. Если бы не это, он был бы как две капли воды похож на статую Адониса. Ауриане стало мучительно жаль Марка Юлиана. Никогда еще он не был ей так дорог. Его голос звучал тихо и ласково.
— Я приказал Диоклу отослать этих стражников назад. Пойми, я не могу отпускать тебя ночью. Если на тебя не нападут воры или головорезы, то на голову может свалиться что-нибудь тяжелое и убить. Ночью жители верхних этажей обычно выбрасывают из окон на улицу всякий хлам. Поэтому тебе придется остаться здесь, — он помялся в нерешительности, не зная, как лучше выразить свою мысль. — У меня есть… палаты для гостей.
— Дай мне пройти, — мрачно произнесла Ауриана. — Ты видишь меня в последний раз.
Она восприняла его слова о палатах для гостей как оскорбление. Они означали для нее, что Марк Юлиан отвергал ее как женщину и теперь ясно давал это понять, чтобы у нее не возникло никаких заблуждений на этот счет. Значит, он с самого начала не собирался разделить с ней ложе. Слова, сказанные Марком Юлианом для того, чтобы снять напряжение, возымели совершенно обратное действие. Ауриана шагнула к двери, Марк Юлиан двинулся ей наперерез, пытаясь помешать ей уйти.
— Я хочу, чтобы ты объяснила, наконец, что произошло, — мягко проговорил он.
— Тебе больше не удастся насмехаться надо мной! Я презираю тебя! Отойди прочь!
Совершенно неожиданно для Марка Юлиана она быстро кинулась вперед, обежав его с другой стороны. Он выставил руку, пытаясь схватить ее за тунику, но опоздал. Она уже бежала по залам и коридорам, утопавшим в темноте. Выругавшись, Марк Юлиан выдернул из держателя факел и устремился за беглянкой, которая значительно опережала его.
— Ауриана! Прекрати это безумие! Остановись сейчас же! — тщетно взывал он к ней на бегу. — Что на тебя нашло? Стой!
Но Ауриана лишь ускорила свой бег, ничего не видя перед собой. Она надеялась найти вестибюль, но заблудилась в бесчисленных переходах и коридорах. На какой-то миг Марк Юлиан потерял ее из виду и тут же услышал грохот тяжелого стола, опрокинутого на пол. Раздался звон разбитого стекла. Повернув на этот звук, он побежал быстрее.
— Ты упадешь сейчас в пруд с рыбами! Остановись!
Он услышал громкий всплеск, вслед за которым на короткое время установилась тишина. Затем опять прозвучали быстрые шаги. Это означало, что Ауриана благополучно выскочила из пруда и побежала дальше. Она не знала, что бежит по кругу. Вот под ее ногами снова захрустел гравий, и она окунулась во влажную атмосферу, состоящую из испарений от сырой почвы и аромата трав.
«Сад. Но какой? Фрия, пусть он окажется самым близким к вестибюлю».
