Едва слышный сдавленный стон донесся из леса. Перехватив поудобнее шест, я скользнул между деревьями, выглядывая людей. Луна светила промеж деревьев, создавая совершенно нереальный, сказочный пейзаж. Мычание повторилось где-то совсем рядом. Завернув за куст, я оказался на небольшой полянке.
Два мужика удерживали девушку, прижатой к дереву, держа за руки и пытаясь закрыть рот, чтоб та не закричала. Третий срывал с нее одежду. Все происходило неуклюже, как-то судорожно и бестолково. Девушка пыталась вырваться, мычала и извивалась. Ирка!
Волна ярости накрыла меня с головой. Приблизившись одним прыжком, я ткнул мужика, пытающегося содрать с Иры юбку, концом палки в почку, а когда он откинулся назад, без жалости добавил в висок. Один.
Боясь задеть Иру, второму я двинул по ногам. Зло вскрикнув, он упал на колени. Шест, завершив круговое движение, стукнул его по затылку. Мужик треснулся лбом о дерево и сполз на траву. Второй.
Третий, отпрыгнув от девушки уже был готов меня встретить: в одной руке в лунном свете блестел меч, в другой - кинжал. Мужик был явно не новичок в драках, на месте не стоял, все время двигаясь, танцуя.
-- Ира, брысь отсюда! - рыкнул я, не сводя с него глаз. Девушка не отреагировала на мои слова и осталась возле дерева. Я переместился так, чтоб она оказалась у меня за спиной. Заложницы мне только не хватало.
Мужик нападать не спешил, поэтому я решил его пощупать, ткнув палкой. Он мгновенно отмахнулся мечом, кинжал метнулся в мою сторону. Отскочить я не успел, лезвие чиркнуло по руке. Боли не было, лишь вернувшись в стойку, я почувствовал, как намокает рукав. Боец был реально крут. Мелькнула мысль, что бой может быть для меня последним.
Что-то черное пролетело мимо меня. Мужик отмахнулся кинжалом, открывшись лишь на мгновение, и я прыгнул вперед, ткнув концом шеста куда-то ему под ребра. Парировать мечом он не успел и тут же, со сдавленным хеканьем, согнулся пополам. Злость и страх требовали выхода. Бросив шест, я дернул кинжал из ножен и, схватив супостата за волосы, черкнул лезвием по горлу. Скотина, чуть меня не убил!
Это Ира кинула в него большущей веткой, чем, фактически, спасла меня. Когда боец перестал дергаться, я вытер об него нож, отрезал рукав и накинул импровизированный жгут себе на правый бицепс.
-- Ир, перетяни, пожалуйста...
Оторвав стеклянный взгляд от лужи крови, расплывающейся под трупом, Ира дрожащими руками затянула узел.
-- Я пописать пошла... Они за мной, - всхлипывая, начала быстро говорить она. - Схватили, когда я за кустик присела...
-- Все. Все кончилось уже, - я обнял ее, и она разревелась в голос. Усадив девушку на траву, я взял ее за лицо и заставил посмотреть себе в глаза. - Все. Уже. Кончилось! Посиди немножко...
Надо было проверить, что с остальными. Первый из насильников был мертв. Удар в висок я отработал, ничего не скажешь. Второй был вполне жив, хотя и без сознания. Все трое явно умелые бойцы, с мечами и кинжалами на широких поясах. Оставлять за спиной такого врага было никак нельзя. Поморщившись, я добил последнего живого супостата, ударив два раза кинжалом в область сердца.
Ира еще всхлипывала, сидя под деревом. Я подошел, уселся рядом и обнял ее. Девушка прижалась ко мне, пыталась что-то сказать сквозь слезы. Потом вдруг начала меня целовать, и безумие накрыло нас.
Не знаю, сколько это продолжалось. Весь стресс, накопившийся за последние дни, выплеснулся на этой окровавленной траве, где мы, рыча, срывали друг с друга одежду. Ирка царапала мне спину и кусала за губу, а я вминал ее в землю этой ненавистной планеты. В тот момент мы были просто первобытными мужчиной и женщиной, ведомые звериным инстинктом, и ничего иное нас не волновало...
Когда мы, грязные и ободранные, но умиротворенные вернулись к костру, все уже спали. Ира, сняв с меня остатки рубашки и развязав жгут, промыла мне рану на руке. Чуть пониже локтевого сустава, она была слишком глубокая, чтоб так просто оставить. Мы разбудили Динари, и попросили найти нам иголку и нитку.
-- Ира, зашьешь?
-- Я... попробую... - Неуверенно пробормотала она, замачивая нитку с иголкой в остатках моего коньяка. Использовать местную бормотуху для дезинфекции я не стал, уж больно слабенькая. Однако, я вылакал весь орех в один присест в качестве обезболивающего. И все равно, боль была жуткая. Но мы справились, я не орал, а Ира не грохнулась в обморок, наложив шесть швов. Закончив, девушка от души приложилась к оставшемуся ореху. Потом, забравшись под телегу, мы прижались к друг-другу и мгновенно вырубились.
В ту ночь мне впервые приснилась Диана.
***
