Салли откинулась на спинку стула. Улыбка чеширского кота растянула ее и без того большое лицо. Сплетни были ее коньком.
- Короткую версию, - предупредила я.
Риелтор надулась. Не лучшим образом выглядит в исполнении женщины средних лет с большим количеством подбородков. Салли расплылась почти сразу после школьного бала, на котором ее выбрали королевой.
- Я отвезла ее к дому Миллеров. Конечно, Мисс Совершенство его возненавидела. Как и все. Я тысячу раз говорила Миллерам, что ограда из вкопанных шин на переднем дворе снижает цену. Но разве они слушают?
- Ближе к делу, Салли, пока у меня голова не взорвалась.
- Прекрасно. Хорошо. Мы ехали мимо твоего дома по пути назад. Она увидела эту старую ржавую табличку «продается» на развилке и попросила повернуть туда. Что я могла сделать? Я думала, что она и это место возненавидит, вообще-то… ветхая старая лачуга. Но ей понравилось. Она сказала, что берет дом, и заплатила наличными на месте. НАЛИЧНЫМИ. - Голос Салли понизился до заговорщицкого шепота: - Я не знаю никого, кто разгуливал бы, таская с собой пятьдесят восемь тысяч долларов в сумке. Что-то тут не так. Ты понимаешь, о чем я?.. Наркотики.
- Извини?
- Держу пари, она занимается наркотиками. На твоем месте я бы приглядывала за ней.
Я вернулась воспоминаниями к той женщине. Не тот тип.
- Ты продала Сестру наркоторговцам? Прекрасно, Салли. Кто следующий? Бродячий цирк? - я отвернулась от ухмылки Салли, более расстроенная, чем хотела позволить ей увидеть, почти на грани слез. Это был бы еще один великолепный повод для сплетен и злорадства – Джо Трилби рыдает, как младенец. Я сглотнула комок в горле, глубоко вдохнула и повернулась обратно.
- Они уже закрыли съем?
Салли кивнула.
- Вчера.
Проклятье. Я рассчитывала на эту лазейку.
- Сделай ей предложение от моего имени. Скажи, что я дам ей восемьдесят пять. Это двадцать семь тысяч чистой прибыли за день.
Эта сумма была больше той, что мне удалось скопить. Но на первый взнос хватить должно. А кредит покроет остальное. Я мысленно посчитала ежемесячные платежи по кредиту за два дома и подавила стон.
Салли покачала головой.
- Сомневаюсь, что она согласится, дорогая. Она почти так же вцепилась в это место, как ты… Очарованная видом на озеро и деревьями. Я, конечно, могу сделать ей предложение, но это будет пустая трата времени.
- Просто сделай это, - прорычала я и выскочила за дверь.
Я знала, что Салли не понимает моей привязанности к двум старым зданиям, которые каждый в городе называл «Сестры». Но Салли не знала их истинную историю. В отличие от меня.
Дорогая Лоис,
Билл и Катрина уговорили меня остаться еще на день. Я знаю. Знаю. Ты думаешь, что они просто используют меня. Но они просили, чтобы я позаботилась о детях, и я просто не смогла отказать. Я знаю, ты их не любишь, но Бэтти просто слишком рано развилась, а маленький Билли вовсе не хотел кусать тебя на Рождество, он лишь чересчур нервничает рядом с незнакомцами.
Надеюсь, что ты поймешь меня. Это ведь только на один день. Мы увидимся в выходные. Устроим пикник в сосновой роще. Разве это будет не забавно?
Ужасно скучаю по тебе!
Мона
Глава 3
Когда растешь в маленьком городке, практически не сталкиваешься с незнакомцами. Сколько раз мама повторяла мне эту фразу?
Моя интерпретация была более реалистичной: когда растешь в маленьком городке, все норовят по колено влезть в твои дела, нравится тебе это или нет.
Мне определенно не нравилось. Никогда.
Ультраконсервативные маленькие городки – это не самые свободные от предубеждений общины, что всегда проблема для того – например, для меня, – у кого не хватает терпения, чтобы скрывать то, что другие очаровательно называют «греховные наклонности».
Я считаю это незначительным неудобством, хотя иногда это иногда весьма раздражает, но я справляюсь со злыми языками жен проповедников и случайных уродов, желающих доказать мне неправильность моих путей. Как правило, большинство людей в нашем крошечном городке – модели южной добродетели. Мне повезло. Я не столкнулась со злобным преследованием, во всяком случае, с таким, с которым я не смогла бы справиться. Уверена, так было не всегда. Я знаю, мне есть с чем сравнивать.
Внезапно я остановилась посреди тротуара, застигнутая врасплох острым чувством вины за картинку, подкинутую мне предательской памятью. Все случилось прямо здесь, на этом самом месте: я помню старую мисс Кини, идущую в сторону дома с хвостом из целой толпы детей – и я в их числе – швыряющих жестокие колкости в гордо выпрямленную спину.
Но что заставило меня вспомнить о ней сейчас?
