Конечно, все выпивали, а проспиртовавшись основательно, танцевали. Ржачно, но танцы начались с пасодобля и сальсы. Особенно старались самые старые и самые малые, которых было очень много. Какая-то испанская горячая женщина в белом платье с огромными воланами вытащила меня танцевать. Я, конечно, больше придурялся. Какой ещё пасодобль? Я и слово-то такое матершинное только тут услышал! Зато был вознаграждён крепким поцелуем этой мадам. И меня сразу передали другой леди. И опять поцелуй! Мне нравятся испанские традиции! Я весь в помаде, сияю. Девушки тут вообще с парнями не церемонятся, не ходят вокруг да около. Нравится парень — пови-и-исла на шее у него, целует, хохочет в ухо, преследует повсюду — демонстрирует свою симпатию и не скрывает своих намерений. Хотя почему только девушки? Вон Алехандро! Тоже как бы не скрывает! Правда, его поцелуи во мне отдавались сладким эхом, а эти, танцевальные, оставляли только слюнявые следы и никакого замирания сердечного.
Но я гоню эти мысли бестолковые. Ещё не хватало во время свадьбы о нём думать! Если вдруг вспоминался этот развратитель, то я тут же бежал за вином. К концу праздника упал в синенькую яму так, что не вытащить. Салют был однозначно отличный, но я был такой никакой, что ничего не увидел, дрых лицом в морепродуктах, которых тут было немерено. Говорят, что полезно для кожи лица! Ларе пришлось, конечно, туго. Во-первых, все веселятся, пьют, едят всякое, а ей нельзя. Во-вторых, все лезут к ней обниматься, пузико погладить. В-третьих, братец пьяный, за которым она взялась присматривать. Уже ночью над Ларой сжалились и предоставили нам машину, чтобы в отель ехать.
В «Апельсинах», я хоть и пьяный, но Алекса разглядел и даже ручкой ему что-то сделал. Караулил он меня, что ли? Ох, у него и видон! Строгий папа сейчас выпорет подвыпившего подростка-сына. Если бы не Лара, затолкнувшая меня в номер, я бы устроил представление! Думал снять ремень с себя и подойти к нему с опущенными глазками, и промямлить: «Я больше не бу-у-уду!..» Уха-ха-ха! Всё бы понял без переводчика! Можно было бы ещё задницу подставить! Хотя нет! Задницу не надо!
Утром безбожно проспали завтрак! Прибежали, когда уже еду начали убирать. Разумеется, кабальеро не было, поэтому утренняя пробежка от него по этажам не состоялась. Зато ездили на второй день свадьбы. Почти безалкогольный, из напитков — кофе и тинто де верано (такой газированный слабоалкогольный винный напиток). Были у Пашки и Грацианы дома. Начал братцу двоюродному завидовать. Как бы так суметь? Кризис ему не кризис! Всего 28 лет, а такой домина, такая жена! Грациана — классная, действительно! И не только из-за богатых родителей! Может, полновата на мой вкус, но мой вкус в последнее время что-то сбоит! Если к нему прислушиваться, то Пашка на томном, поджаром, щетинистом мачо должен был жениться!
Во дворе их дома мы жарили на гриле дораду и овощи. За мной, между прочим, одна девчонка здесь приударила! Лилита! Красивая, высокая, с упругой круглой попой. В руку мне вцепилась и везде со мной ходит, к уху прижимается. Под финал я даже целоваться с ней надумал. Лучше бы не надумывал! Лилита старается, языком выделывает что-то во рту, пахнет цветочками, наглаживает мне спину, а я как чурбан, никакого желания. Не целуюсь, а мусолю! И стало мне очень грустно… Лилиту я, значит, не хочу, а от Алекса меня уносит! С Лилитой я — чурбан, а с Алексом — пластилин! От расстройства уговорил Лару уехать раньше!
Приехали к ужину, я сразу в ресторан, где должен быть тот, который хорошо лепит из пластилина. Соскучился уже по нему! Погляжу на него, а может, и побегаю от него… Но его там нет. Не уехал случайно? А вдруг он вчера вечером меня ждал, чтобы попрощаться? А я, урод, только жопой повилял! Хотя он ведь на неделю должен тут зависнуть! Просто заработался, бедняжка! Но время уже девятый час! Сколько можно работать! От работы кошки дохнут! Надо будет ему об этом сказать, как-нибудь жестами! И потом, сегодня же выходной! Начинаю переживать за кабальеро. А что, если он не работе? Тусует где-нибудь, наблюдает за танцами какого-нибудь испанского чико, целует его страстно, кружит вокруг себя, давит своим рогом. Блядь! А как же я?
Короче, сижу в фойе на первом этаже, жду его. Время десять! Где ж его носит? Кобель! Или всё же трудоголик? В знакомую дискотеку идти искать его не осмеливаюсь, ещё уволокут меня куда-нибудь. А кабальеро рядом не будет! Я хожу вокруг отеля, сижу у бассейна, опять в фойе, для виду в интернет-кафе посидел, на цыпочках на его этаж поднялся. В каком номере он живёт? Прошёлся, прислушиваясь к каждой двери… Спускаюсь опять вниз. Я, как ревнивая беспокойная жена, места себе не нахожу, поджидая гуляку-мужа.
В двенадцать ночи! Увидел из интернет-зоны, как его привезли на автомобиле. Он в деловом костюме! Значит, не шлялся, а работал! Мой трудоголик! Вид усталый, лицо зелёное, плечи вниз. Бе-е-едненький! Я лечу к нему на этаж по ступенькам, чтобы успеть посмотреть, где хоть он живёт?
