Нетленка полностью

Необходимо уточнить: наш отдел Свободного Поиска дератизации вот уже который год не подвергался. Потому что Треф, работавший в свое время под прикрытием в ведомстве Крысиного Короля (в силу некоторых обстоятельств мы так называем главу международной преступности, с которым, ясное дело, воюем вовсю), привез из командировки аппаратик, отлично зарекомендовавший себя в Акзакских подземельях. Это было что-то вроде фумигатора, только для крыс; Треф так до сих пор не понял, каким образом это работает, но набеги серого десанта аппаратик ликвидировал исправно. Судя по тому, что наш отдел подвергался атакам все реже и реже, и зная от ученых, что информация среди крыс распространяется со скоростью сплетен, можно было предположить, что наша комната прослыла в крысином своде мудрости своего рода черной дырой, или замком графа Дракулы; во всяком случае, незримая надпись «Оставь надежду всяк сюда входящий» засела у них в мозгах накрепко. Впрочем, мы недавно переехали… Не знаю, но все равно уверена: проникшая в мой аквариум крыса умом, отвагой и предприимчивостью не уступала группе «Дельта». Судя по сквозившим сквозь шкуру рёбрам, она постилась несколько дней, упорно отвергая данайские дары коменданта. А потом, убедившись, что собратьям-ортодоксам мудрость отнюдь не спасла жизни, махнула за красные флажки, в самое логово Минотавра.

— Ну, и что с ней делать? — спросил Герман.

— По закону, — отозвался Клык, — бабки отобрать, а саму в расход. В Суони не воруют…

— Это не воровство, — возразил Мэф, — это грабеж.

— А в чем разница? — удивился Аристид.

— Разница в статье, — пояснила Джой.

— Техники у меня с собой нет, — объявил Треф, — дома оставил. Да и чего тратиться, на одну-то стерву? Так поймаем…

— Ты, что ли, будешь ловить?

— Почему я…

— А кто, девочки?

— Да зачем же девочки?! У нас Мика знатный охотник, вот пусть и ловит…

Мика глянул на Батю, прочел в его глазах приговор, тяжело вздохнул и аккуратно влез в аквариум.

Крыса отплюнула уголок червонца с серийным номером и приняла боевую стойку. Мика внимательно смотрел на неё. Так прошло какое-то время.

— Чего стоим, кого ждем? — поинтересовался Юта.

— Ёж птица гордая, — откликнулся Марко, — не пнёшь — не полетит…

Мика сделал быстрый выпад. Крыса легко увернулась, и с изяществом белки-летяги махнула на полку со справочниками.

— Ты ей так в глаз попадешь, — сказал Клык.

Мика нахмурился, и применил блестящий таркский захват. Крыса хрюкнула, приняла классическую атакующую позу «дракон поднимает хвост», и, проведя профессиональную инквартату, щелкнула зубами в сантиметре от Микиного запястья. И порхнула на вешалку.

— Дух, — сказал Юта, — вот что руководило героями не на людях, а сам на сам.

Мы с Джой прыснули. Мика рассердился, сдернул с подлокотника кресла мою шаль, и, пользуясь ею как мулетой, исхитрился схватить противника за шиворот. Вися в чрезвычайно невыгодной позиции, крыса сдаваться отказалась, и тяпнула-таки победителя за палец.

— З-зараза, — прошипел Мика.

— Стой! — вдруг сорвался с места Ливень, — держи её, я сейчас…

— Долго держать? — спросил Мика, перехватывая шаль в левую руку, а правую поднимая повыше, чтоб унять кровь.

— Да прикончи ты её, — пожал плечами Треф.

— Отставить! — возмутилась я, — пленных не убивать — Конвенция!..

— О, Господи, — сказал Марко.

Герман посмеивался. Тут как раз вернулся Ливень, таща взятую у кого-то взаймы стальную клетку.

— Где ты её взял?! — поразилась я.

— Э-э-э… неважно. Но должен вернуть…

— Судя по размерам, — раздумчиво сказал Марко, — кто-то в здании разводит кроликов.

— Да не, — не согласился Лисенок, — по-моему, это на медведя.

— На медведя?.. Или всё-таки для медведя?..

— Ну-у, — протянул Лисенок, — наверное, смотря по тому, поставить или положить…

Они ещё долго могли бы так беседовать, но крысу наконец вытряхнули в клетку, и мы подошли ближе. Арестантка, ещё взъерошенная после схватки, пристально изучала нас из дальнего угла.

— Кис-кис-кис, — позвал Юта.

Крыса рванула вперед, мы шарахнулись, а она схватилась за прутья и бешено их затрясла.

— «За что посадили, волки позорные?!» — перевел Клык.

— Накапайте ей пустырника, — сказал Аристид.

— Да она же голодная, — сообразила я, — у кого-нибудь ещё есть, что червякам не скормили?

Узница обнаружила завидную психологическую гибкость: стоило просунуть в камеру колбасу и печенье, как она перестала метаться, деловито сгребла харч под себя и села подкрепляться, изредка бросая на нас косы взгляды. Не вынеся этого немого укора, я навесила на клетку шаль, дабы создать в узилище хоть какое-то подобие уюта.

— Блеск, — сказал Лисенок, — ребята, мы все дураки. Вы знаете, для чего она на самом деле сюда влезла? Ага! — на работу наниматься, в оперативную группу… Спорим, запросто пройдет на Полигоне «десятку»?!

— А может быть, — задумчиво согласился Мэф.

— Лариска, фас! — заорал Юта.

— Отставить! Сам ты Лариска! — возмутилась я.

Юта захлопал глазами:

— А чего?.. А как?.. Звать-то её надо как-то…