— Кого — Мику?! — да запросто! Только непременно в аховую, он других не признает. Если уж лояльнейший Арсений, выпив с ним напополам всего лишь пару литров, запросто уговорил его короноваться в Сканийские короли на Собачьем Хуторе, мотивируя это исторической реальностью, которой просто не дали случиться злые чарийцы… Думаю, тебе не будет стоить особого труда внушить ему мысль… ну, к примеру, заявить претензию Юне на возвращение исконных сканийских земель. Посидите, выпьете… ты ему все объяснишь, он всё поймет… поссорится с Юной, с плацдарма Тауттая возьмется за Файрлэнд… Мирнийские земли, я думаю, он проглотит не жуя, и пойдет, и пойдет… тотальная мобилизация, первые успехи, потом ЦКС объявят вне закона, потому что мы станем яростно возражать, конечно… А параллельно всему этому оружие будут закупать у Лаванти…
— Зоринка, — раздался от двери голос Президента, — притормози.
Я осеклась. Габи ржал. Мика, более обычного похожий сегодня на парадные портреты кисти Эль-Греко, прошел в комнату, сел, аккуратно поддернув брюки, и сказал невозмутимо:
— Если мне и вправду нальют, я готов выслушать продолжение.
— Дети малые, неразумные, — проворчала я, наливая Мике кофе. — Хуже «Дельты», честное слово…
— Благодарю, — царственно кивнул Президент, — так что там дальше?
— Мика, — сказал Габи, — не сердись, старина, просто она сейчас предложила замечательный план, как с вами покончить по всем правилам. Юна с Чарой, дурачье, с войной полезли…
— Хороший план, — кивнул Мика, хлебнув кофе, — и кофе хороший. Зоринка варила?
— Габи варил, — мрачно отозвалась я.
— Очень хороший кофе, — повторил Мика, закинул ногу на ногу, и с интересом глянул на меня: — я только не понял, за что ты меня так.
— Мика, ты кого слушаешь?.. Ты кому веришь — командору ЦКС, или этому прохиндею из Префенрзивы?!
— Ясно, — кивнул Мика, и бросил длинный взгляд на бар. Я даже сказать ничего не успела, как Габи уже метнулся туда, и принес бутылку «Золотой пчелы», которую мне пару недель назад проспорил Герман. И поделом: он, конечно, был таркский воспитанник, но в травах я всё же разбираюсь лучше.
— Ну, знаете! — вскинулась я, а Мика благосклонно прочел этикетку, и спросил:
— Габи, а своего вина ты не привез?
— Ну! — совсем развеселился Габи, и полез в сумку. — Правильно, чего тянуть! Отличный план, прямо сейчас и приступим к реализации. Ежели чего упустим — Заяц поправит…
— Мик, — сказала я предостерегающе, — по-моему, ты катишься по наклонной плоскости. Ещё чуть-чуть, и ты докатишься до «тройного имперского», мой друг…
Империя, а точнее, Королевство Банзай, лежало в южных морях как раз на траверсе «мы — южный полюс», было весьма закрытым и, кроме того, рабовладельческим. В силу некоторых обстоятельств кое у кого из нас там имелись хорошие знакомые, так что последнее время отношения двух государств — Банзая и Суони, — к взаимной выгоде потихоньку и осторожно налаживались. Имелись в Лоххиде и пара-другая человек, имевших желание и возможность рассказать о тамошних нравах.
Тройной имперский был изобретением господской челяди, и простота его приготовления равнялась убойной силе, которую мы с Джой с некоторых пор решили считать в тротиловом эквиваленте. После господского пира прислуга просто сливала в одну емкость все спиртное, какое оставалось — вина, водки, настойки, пиво… Полученного
Мика сказал:
— Помилуй, зачем мне тройной имперский, если есть отличное лавантийское!
— Вот и она опасалась, что мы споемся, — кивнул Габи.
— Вы раньше сопьетесь, чем споетесь! — сказала я.
— Вряд ли, — отрезал Мика, — итак…
— Мика, холера, — рассердилась я, — ты за каким лешим вообще приперся?
— Как?! — поразился Мика, — я пришел узнать, какие будут указания по погублению Суони. Всего чуточку опоздал, Зориночка, извини… но я, клянусь, всё понял. Жду прямых инструкций.
— Где Джой? — спросила я с тоской. Вдвоем мы бы с ними быстро управились — в конце концов, просто выставили бы, и всё…
— Джой в кругу семьи вкушает ужин, — любезно просветил меня Мика.
Я уже открыла рот для дальнейшей отповеди, но тут появился Найджел — мой брат, тарк из зарубежных, недавно приехавший в Суони. В настоящий момент он работал во Внешней Суонийской Разведке, и, по причине затянувшегося подыскивания собственного жилья, проживал у меня. Ёжась и позевывая, он боком протиснулся в полуоткрытую дверь, и хриплым со сна голосом затянул:
— У меня была Суони, я её любил; она съела лавантийца, я её убил… — он сладко, с подвывом, зевнул, и продолжил уже нормальным голосом: — Здравствуй, Габи, дружок. Респект вражеской разведке. Наконец-то я застукал Президента в неподобающей компании! А то он как меня назначил в Разведуправление, я прямо сон потерял: платят такие деньги, а за что… Мика, как это любезно с твоей стороны — изменять Родине у меня дома. Вот что значит на самом деле таркское братство!
