Вчера, после слов Ромадановского о беспокойстве за Вячеслава, Михаил спешил домой на волне тревоги, которая едва не превратились в цунами отчаяния, когда обнаружилось, что Славки в усадьбе нет. И куда, когда и зачем он ушёл, никому не известно. Суета и осмотр окрестностей продолжались едва ли не до часу ночи, до тех пор, пока виновник переполоха не вернулся домой. Был он устал и пусть не доволен, но спокоен и в целом благополучен. Это подтверждал и его облик, хоть и не вполне застывший, но уже и не мельтешащий, скорее плавно-текучий. Михаил усмехнулся, подумав, что друг в этот момент поведением больше всего напоминает модницу, определившуюся с фасоном выбранного наряда, но ещё не вполне осознавшую, в каких оттенках он должен быть выполнен, с какой отделкой, и с какими аксессуарами она его будет носить.
Действительно, Вячеслав, видно, решил, что кардинально во внешности, к которой привыкли окружающие, ничего менять не будет, но и совсем без изменений не оставит, поскольку хранил о прототипе явно не самые добрые воспоминания. По этой причине, помимо того, что с лица мсьё Нуи сошло брюзгливо-высокомерное выражение, несколько изменился подбородок и чуть обогатилась шевелюра, у него продолжали меняться то нос, то разрез глаз, то форма ушей. Иногда результат получался вполне благородный, а иной раз скорее комический.
– Дела личные, более того, сердешные, – попробовал отмахнуться безликий от вопроса, где он был и что делал, но Михаил не отставал, и в конце концов Вячеслав признался, что навещал младшую Веленскую.
– Должен же я за почти предоставленное алиби барышню отблагодарить, ну и ещё пару моментов прояснить, – буркнул он.
– И как, прояснил? – с усмешкой осведомился Михаил.
– Прояснил, – подтвердил Вячеслав и, потирая бок, добавил: – Жить буду.
– Это радует, у меня, знаешь ли, на твой счёт планы имеются.
– Н-да? У меня, в принципе, на свой счёт тоже планы есть…
– Одно другому не мешает. Надеюсь. Ты у меня здесь кем числишься?
– Камердинером…
– А занимаешься чем?
– Да всем понемножку, – пожав плечами, ответил Славка.
– Так, давай мы тебя управляющим сделаем. Солидно, почётно, интересно… Не всем, правда… Из комнатушки своей съедешь!
– А из комнатушки-то куда? В гостевую комнату али вообще в одну из хозяйских? В бывшую детскую?
– Ну, детская мне и самому пригодится, надеюсь, а ты во флигель.
Вячеслав недоуменно пожал плечами и уточнил:
– В который? В тот, что твой дед пару десятков лет назад спалил? Или в тот, который догнивает?
Михаил вскинул бровь и пафосно заявил:
– В дедов не получится. Мы, Миловановы, редко за что берёмся, но уж ежели взялись, то основательно к делу подходим. Дед там всё качественно спалил, одни головёшки остались, переезжать некуда. А вот второй!..
– За который старость основательно взялась, – ехидно уточнил Вячеслав.
– Тьфу ты, пропасть! Да, не нов и ремонту требует. Дак я же и не гоню прямо сейчас вещи переносить!
– Нда? А мне показалось…
– Показалось! Это тебе первое задание в качестве управляющего – флигель в порядок привести. Финансово… Тысяч двадцать пять я тебе дам. Уложишься?
– Ты решил флигель заново отстроить? – ухмыляясь уточнил безликий.
– Я не против, ежели ты его решишь заново отстроить, – с нажимом произнёс Михаил. – Для семейного человека две комнаты и кухня, прямо скажем, маловато. Так что ты сам думай, в какие хоромы жену приведёшь. Для себя строй. Флигель я тебе потом хоть и не продам (сам знаешь, какие налоги для безликих на недвижимость), но аренду лет на девяносто оформим...
После этих слов текуче-меняющимися стали не только черты лица у Вячеслава, но и эмоции, на этом лице отражающиеся. Михаил хохотнул и с удовольствием вспомнил эту чехарду чувств, от скепсиса через насмешливый интерес к интересу уже не шутейному.
Михаил огляделся. Оказалось, что ноги принесли его к порогу школы. Подивившись про себя странностью выбранного маршрута, Михаил припомнил, что сегодня девятина, конец недели, и Кречетова должна урок для взрослых проводить. Припомнил и тут же решил, что ежели с Анной Ивановной сегодня здесь встретится, то непременно расскажет ей про пари с судьёй и совета спросит, на какие конкретно школы нужно выигрыш пустить, чтобы для пользы оказалось, а не для галочки.
– Здравствуйте, Михаил Николаевич. Какими судьбами вы здесь? – услышал он чуть хрипловатый женский голос и, обернувшись, порадовался своей прозорливости и предусмотрительности.
Кречетова-старшая стояла в двух шагах и требовательно смотрела на него своими зеленовато-карими глазищами.
– И вам не хворать! Анна Ивановна, совет мне ваш нужен...
За время неспешной прогулки и основательного разговора по дороге Михаил многое узнал. Узнал, где школу открыли на деньги местного купечества, и помощи денежной там не требуется. Выяснил, где делами школы заведует нечистый на руку староста.