– Чего это для красного? Когда это я брехала? Или я до трёх считать не умею? Третий, как есть третий. Что я, жениха не признаю? Пришёл – волосики напомажены, одеколоном за версту разит. Букетик в руках! Не чета тому, что первый приносил, но тоже – миленько!
Анна помянула про себя Шестиликую и кинулась к шкафу, не глядя вытянула платье и стала его натягивать. Марфа сноровисто помогала застёгивать пуговки и не умолкала ни на минуту.
– Я ему двери открыла: он у входа топтался, слово вымолвить не мог. Пришлось чуть ли не клещами вытягивать, кого из хозяев ему видеть хочется! Заняты ведь все! Хлопочут! Все в делах, все в заботах! Татьяна Михайловна в кухне, вы у себя, Иван Петрович в кабинете с гостем беседует...
Пуговки на спине закончились, осталось застегнуть рукава. Аннушка морщилась и думала, что хватать тряпку из шкафа нужно внимательнее, там полно и не столь замысловато застёгивающихся, но вот, когда торопишься, обязательно что-то крайне неподходящее под руку лезет, а менять уже поздно: дольше провозишься. Марфа продолжала выдавать множество звуков с чрезвычайно низким смысловым содержанием:
– Гость… Хорош гость. Теперь и не поймёшь то ли гость, то ли хозяин новый… Ой, горемычные мы! Но женихи… Да сразу! Да столько! Ну вот ведь! Первый – мужчина солидный, обстоятельный, второй – хорош! Стремительный! Пришёл и бух! А плечи! Ммм… А этот? Ну куда ему? Не дорос он ещё!
– Марфа, ты его куда дела-то? – рискнула спросить Аннушка, справившись с последней застёжкой.
– Кого его? – уточнила Марфа.
– Жениха! Третьего! – рыкнула на неё Аннушка.
– Так в парк послала…
Аннушка резко выдохнула и схватилась за дверную ручку.
Бабушка хмыкнула и демонстративно достала из кармана кулёк семечек.
Аннушка летела по коридорам, ступеням и парковым дорожкам, не чуя ног. Недавнюю усталость смыло волной раздражения и тревоги. О чём она тревожилась? Она и сама не могла бы сказать, ну пришёл женишок не вовремя, ну увидит – все и без него счастливы, ну почешут сплетники языки ещё пару дней… О чём тревожиться? Но Аннушка летела, почти не касаясь земли ногами.
Издалека послышался счастливый смех Ольги, и в это же мгновение Аннушка столкнулась с вынырнувшим из-за куста Орловым. На ногах устояли, но, похоже, дыхание от удара перехватило у обоих. Когда пришли в себя, Анна с удивлением отметила, что и беспокойство куда-то пропало. «Видно, тоже ударом при столкновении вышибло», – подумала она с невесёлой усмешкой.
Петенька стоял чуть помятый, растерянный и раскрасневшийся. В руке его были зажаты поникшие нежно-голубые колокольчики.
– Здравствуйте, Анна Ивановна, – проговорил он. – Простите великодушно… Я так неловок…
– Рада вас видеть, – чуть покривила душой Аннушка и поспешила добавить: – Ну, тут скорее дело не в вашей мнимой неловкости, а в моей несвоевременной поспешности. Что привело вас сюда? Марфа сказала, что вы хотели видеть Ольгу?
– Марфа?
– Служанка, что отворила вам дверь.
– Дверь? Ах, да! Простите, я немного… Немного рассеян… Сбился с мысли.
Петенька потупился и умолк.
– Ну что ж, прошу прощения. Видно, это я сбила вашу мысль, так внезапно выскочив из-за куста.
Орлов зарумянился и забормотал:
– Ну что вы! Я вовсе не то имел в виду. Я ни в малейшей степени… Вам не нужно извиняться! Это я…
Больше всего гость напоминал сейчас стеснительного ребёнка. Он оторвал взгляд от дорожки и взглянул в лицо собеседницы. Аннушка улыбнулась ему как можно теплее. Он несколько раз растерянно моргнул, затем робко улыбнулся в ответ.
– Я просто хотел… навестить вас по-соседски и лично вам спасибо сказать, – чуть смелее произнёс он и протянул ей цветы.
Анна удивлённо изогнула брови.
– Мне? За что же?
– Вы меня спасли от вероломно напавшего супа, – пояснил Петенька и улыбнулся неожиданно задорно и весело.
Аннушка не удержалась от искренней ответной улыбки и попыталась возразить:
– Не стоит приписывать мне столь серьёзных заслуг. Спасали от этого негодяя вас совсем другие люди!
– Ну, вы… организовали спасательную экспедицию! Вот. И поддержали, а это редкость… И я – ценю.
Он посерьёзнел. Аннушка кивнула и взяла букетик, который он продолжал протягивать.
– Спасибо, – поблагодарила она.
Вновь послышался Ольгин смех.
– Та девушка… Марфа… она сказала, что все заняты. Вы – отдыхаете. А Ольга Ивановна – в парке… но я, кажется, и в парке – не вовремя.
– Сегодня Андрей Дмитриевич сделал моей сестре предложение. Она согласилась, – пояснила Анна.
– Вот как? И когда же… когда свадьба? – тихо спросил Петенька, отводя взгляд и стремительно теряя румянец.
– Дату ещё не обговаривали.
– Ну что ж… Я, пожалуй, пойду. Передайте сестре и… её будущему супругу мои поздравления… искренние.
– Останьтесь на чай, – предложила Анна, с тревогой разглядывая понурившегося молодого человека.
Он упрямо мотнул головой:
– Нет. Спасибо. За всё вам спасибо. Но не хочу стеснять… Такое событие… До свидания. Передавайте поздравления…