Кольский залив,
27 августа 1914 года
Несмотря ни на что – на войну, на неразбериху по нашему ведомству, – продолжаем исследовать берега полуострова и делать замеры. Удручает необходимость возвращаться к тому, что уже делалось несколько лет назад и было утеряно. Похоже, результаты предыдущих работ никто даже не изучал. С другой стороны, по поводу их достоверности тоже могли быть сомнения. Сейчас речь идет о полноценном исследовании побережья, об обеспечении навигационной безопасности и укреплении круглогодичного судоходства. Определение места для главного порта – цель этой работы. А ее, как обычно, в избытке.
Несколько групп отправились в пеший поход по побережью для изучения рельефа, глубин и общих условий. Времени катастрофически не хватает, но исходим из того, что имеем. Завтра планирую сам отправиться на ближайший на восточном побережье маяк и обследовать бухту, про которую еще в Санкт-Петербурге говорили, что у нее есть все шансы, чтобы устроить там образцовый счастливый и благополучный во всех отношениях портовый город.
Перед самым отходом пришла весточка от Катерины. Она вспоминает наше знакомство в Париже, после которого без сомнений решилась поехать за мной и кочевать по просторам неясного будущего, в котором я сейчас пребываю. Без ее любви и поддержки моих сил не хватило бы даже на половину того, что нам предстоит. После начала войны Катерина могла спокойно оставаться в Париже, однако она приехала в Санкт-Петербург, где ждет меня. Думаю, что она – мое главное открытие в жизни. Не случайно ведь мы пришли на поиски места для порта на яхте «Любовь»
И еще. Неожиданно получил письмо, которого точно не ждал. У меня появились некоторые основания для профессиональной гордости. Мой бывший подшефный гимназист, которому я в свои студенческие годы некоторое время давал уроки, сам уже стал инженером и в скором времени приедет к нам на работы на Мурман. Он специально попросился сюда.
Прочитав эти строки, Перов поежился. Похвастаться подобными педагогическими успехами он пока не мог, хотя и был дипломированным педагогом, а вовсе не инженером путей сообщения.
<p>Настоящие ледовары</p>Сети для ворот им в конце концов, конечно же, дали. Народ-то у нас отходчивый. Ну накричал Григорич. Так это ж обычное дело. Его ведь тоже понять можно. И вот теперь Мокрый с Перовым стояли у поля. Рядом с ними – новенькие ворота, сделанные из старой арматуры и рыболовных сетей.
– А ты говорил, что не получится! – сдержанно, но весомо произнес Мокрый, глядя перед собой.
– Ну ладно-ладно. Допустим, – парировал Перов, тоже глядя перед собой и не выказывая никаких особых эмоций. – А как ты поле выровняешь? Оно вон какое большое.
– Спокойно! – сдержанно произнес битый жизнью мэр. – Все под контролем.
