И когда это произошло, Перову показалось, что кругом наступила тишина. И в этой тишине ему почудилось, что он смутно видит фигуры людей. Одеты они были по какой-то странной, уже забытой сейчас моде. Может быть, так одевались первые покорители Арктики? Но почему у них в руках были странные клюшки для хоккея с мячом, а в руках они держали гуттаперчевый мячик?
И в этот момент один из этих людей подошел чуть ближе к Перову и даже слегка наклонился к нему. У человека были открытый взгляд и широкая улыбка. Он наклонил голову, приподнял руку с клюшкой и спросил:
– Ну как? Вы все же сыграли на этих просторах в русский хоккей? Всё так, как мы хотели?
А потом его улыбка стремительно превратилась в лицо командира части, который особо не стал выбирать выражений:
– Ты что?! Забыл, что у нас есть скорая помощь?!
Чтобы не обломить край полыньи, Петя аккуратно подполз к лунке и схватился за верхний край кривой клюшки. Загнутый он отдал «моряку», чтобы ему было удобней держаться. Упираясь ногами в снег, Петя тянул попавшего в беду мальчишку. Этому мешало все, что могло: ветер, снег, ледяная вода. Все было против, кроме мальчишеского желания жить. Только оно и помогало цепляться за лед, клюшку и жизнь из последних сил. Даже когда казалось, что их не остается, а холод уже проник под одежду и окончательно сковал тело.
К счастью, все это продолжалось не больше минуты, может быть, двух. Каким-то природным чутьем Петя Солнцев все делал так, как был должен: старался не вставать на край полыньи, аккуратно распределял нагрузку. Все – почти как в роликах МЧС о правилах поведения на воде, только помноженное на свой опыт жизни в этих бескрайних просторах.
И в тот момент, когда двое мальчишек, боровшихся вместе за жизнь, все-таки смогли выбраться из воды, над ними сверкнула сигнальная ракета. А еще через минуты раздался грохот приближающейся машины военных.
В больнице ребят поместили в общую палату. На ближайшие дни она стала пристанищем для Пети и спасенного им мальчика. Поначалу их хотели срочно отправить в город. И даже собирались вызвать вертолет санавиации. Но погода оставалась нелетной, а когда стала чуть лучше, необходимость вроде отпала. По крайней мере, так говорили врачи.
Дверь в палату в очередной раз отворилась. Врачи чуть ли не каждый час заходили к ребятам и проверяли, всё ли в порядке. На этот раз опять пришел местный фельдшер и присел на кровать. За ним набежали чуть ли не все, кого не могли не пропустить.
– Ну, можно сказать, вы родились в рубашках. Заблудиться, провалиться под лед – и никаких последствий! Вот это даете! Это я понимаю!
Интонация фельдшера была вполне оптимистической, поэтому все заулыбались: мэр, Перов, тренер команды «Моряк». А улыбаться – это же лучше, что стоять с постными физиономиями.
– А такое возможно? – усомнился кто-то из взрослых.
– Как говорится, чего в жизни не бывает… – оптимистично ответил медик. – А вообще, организм в состоянии стресса способен на многое…
– Так значит, турнир можно продолжить? – решил-таки уточнить мэр.
Фельдшер только развел руками и сделал серьезное выражение лица:
– Ну что же вы сразу опять за свое? Пусть хотя бы немного отлежатся…
Когда взрослые ушли, мальчик из «Моряка» поднялся на локте и повернулся в сторону Пети.
– Ты извини, что я тебя тогда на поле сбил. Это я не специально…
После небольшой паузы Солнцев спокойно ответил:
– Бывает, это просто игра.
– И спасибо тебе, что не бросил…
– Не за что, – кивнул головой Петя и тут же заговорил о другом: – А у тебя ведь номер десятка?
– Ага.
– А почему этот номер все так любят?
– Потому что он в центре и от него много чего зависит.
Солнцев чуть наклонился вперед к мальчику:
– Слушай, а расскажешь мне про русский хоккей? Я, может, про него когда-нибудь диссертацию напишу.
Мальчик уважительно закивал и улыбнулся в ответ.
– Круто! Мне такое в голову не приходило. – А потом улыбнулся и протянул Пете руку: – Меня, кстати, Сашей зовут.
Для Саши и Пети время, проведенное в больничной палате, было тихим и спокойным. Они много разговаривали. «Моряк» рисовал на листе бумаги разные хоккейные схемы, объяснял премудрости тактики и стратегии, которые знал. Солнце внимательно слушал, иногда задавал уточняющие вопросы.
По вечерам они сидели на своих кроватях, стоявших вдоль стен вытянутой от двери палаты, и смотрели в окно, которое выходило на море. Там, в большом мире, было закатное солнце. Оно спускалось за океан и отбрасывало на воду и заснеженные полярные сопки ярко-оранжевые лучи.
– У меня отец погиб в море, – произнес Петя. – Налетел шторм. Он был на берегу, но принял сигнал SOS. Пошел на помощь – и не вернулся. Нырнул в воду и вытащил человека, а сам выбраться не смог. Когда я смотрю на море, я понимаю, что он где-то там. Спасает людей. По крайней мере своим примером…
И ребята молча продолжали смотреть на море и закатное солнце.
А наутро пришел врач, послушал детей, проверил температуру.
– Ну, вас теперь хоть в космос запускай… – Мальчишки в ответ радостно заулыбались. – Или как минимум на хоккейное поле!