Я остаюсь со Стером и Никиасом, чтобы помочь Шире. Сняв свой бронежилет, Стерлинг стягивает через голову рубашку. Скомкав материю, он накладывает ткань на рану Ширы и прижимает покрепче.
– Полегче, сынок, – говорит Никас. – Давление нужно, чтобы остановить кровь из раны, но не переусердствуй, иначе задушишь ее.
Стерлинг кивает и чуть ослабляет давление.
– С ней все будет в порядке?
Никиас переводит взгляд на чашу с ее кровью, а затем обратно на свою бездыханную родственницу. Его лицо такое же белое, как и ее, пока он качает головой.
– Не будет, если я не смогу доставить ее к целителю, и быстро. Мы взяли с собой одну женщину, но сейчас она находится в северной части города.
Мы со Стером одновременно смотрим в ту сторону. На крышах и в небесах ангелы сражаются с Падшими. Солнце уже почти село, и мы слышим крики Отрекшихся, постепенно выползающих из своих нор, в которых скрывались днем.
– В одиночку вы туда точно не доберетесь, – говорит Стерлинг, озвучивая нашу общую мысль.
Никиас осматривает хаос, творящийся вокруг. Нова, Сейбл и Дикон уже разобрались с одним Падшим и теперь сражаются со вторым. На другой части крыши все еще хуже, там с монстрами воюют ангелы.
Сквозь тела Падших и потомков ангелов я замечаю Стила и Эмберли, но понять, кто из них побеждает, невозможно.
Приблизившись к нам, Нова вонзает меч прямиком в сердце монстра как раз в тот момент, когда Дикон сносит топором его голову. Они осматриваются вокруг, готовые напасть на еще одного, но Стерлинг выкрикивает имя Сейбл и рукой подзывает всех к нам.
Тяжело дыша, они подходят к нам.
– Как она? – спрашивает Сейбл.
Дикон и Нова не сводят глаз с неба на случай, если кто-то решит напасть снова.
Никиас быстро объясняет, что у него есть целительница, которая может помочь и спасти Шире жизнь, но он должен доставить ее в северную часть города. Ход действий вполне очевиден. Потомки ангелов с уже распустившимися крыльями должны помочь Никиасу и Шире выбраться отсюда, но Сейбл колеблется.
– Мы останемся и поможем здесь, – говорит Стер; мы с Новой согласно киваем.
– Просто… я не могу… – говорит Сейбл.
– Вы должны, – отвечаю я Сейбл. – Если вы не поможете, она погибнет.
– Мы справимся, – говорит Нова. – Будем сражаться как единый организм и защищать друг друга. Кроме того, у нас есть Диньк. – Она указывает головой на белку на своем плече.
Сейбл делает глубокий вдох. Осмотрев небо еще раз, она кивает.
Никиас отрывает кусок ткани от собственной рубашки и завязывает еще одно подобие жгута на горле Ширы, делая все возможное, чтобы остановить кровотечение, при этом позволяя бедняжке дышать.
Стерлинг снова надевает рубашку и бронежилет. Первый предмет одежды пропитан кровью Ширы.
Никиас с Широй на руках поднимается на ноги и готовится взлететь, когда небеса над нами взрываются.
Бесполезно, ангелы меня не послушают. Каждый раз, когда я оказываюсь достаточно близко, чтобы попросить их остановиться, они просто отмахиваются от меня. Хорошо хоть, что никто не пытается запустить в меня своим ангельским пламенем, но так я ничего не добьюсь.
Я падаю на землю, чтобы увернуться от тяжелой руки Падшего, нацелившейся мне прямо в голову. Я собираюсь снова подняться на ноги, как вдруг в небе, над нашими головами, что-то взрывается, и сильная волна отбрасывает меня назад, а всех остальных сбивает с ног.
В здании под нами, да и в целом по всему Лондону, стекла вылетают из окон. Источник аварии находится где-то над нашими головами. Как только красно-оранжевые отблески взрыва начинают исчезать, на фоне пурпурного неба остается лишь белоснежное облако.
Встаю на ноги и оборачиваюсь вокруг. На небе больше нет сражающихся ангелов и Падших. С другой стороны крыши трое потомков ангелов спрыгивают с края, крылья их хлопают на ветру, пока они улетают. У одного из них на руках чье-то тело.
У меня будто камень с души падает, когда я понимаю, что Шира больше не висит над чашей и сферами, истекая кровью. Оглядываясь на удаляющиеся фигуры, я узнаю в них Дикона и Сейбл. Прищуриваюсь, пытаясь распознать третью фигуру, с Широй на руках. Это Никиас? Очень на него похож. Не знаю, как Нефы ангельского происхождения оказались здесь, но я очень рад этому.
Осматриваюсь вокруг в поисках Серафимы и замечаю Нову, Эш и Стерлинга, стоящих спина к спине, пока к ним приближается несколько Падших. У брата и остальных друзей крыльев нет, улететь они не могут.
Разрываюсь на части, не понимая, куда податься, когда рядом со мной с глухим стуком кто-то приземляется и выкрикивает имя Серафимы. Успеваю заметить крылья черного цвета, пока он пробегает мимо меня.
Аэро.
Нарваться на Серафиму – чистой воды самоубийство. Мне, в общем-то, почти все равно, но он собирается убить Падшую, а сейчас мной руководит лишь один инстинкт: защитить Эмберли.
