Неуловимая подача полностью

– Дай посмотреть, – говорит он, медленно двигая туда-сюда пальцем. Его голубые глаза горят и прищурены, он размышляет.

Внутрь и наружу. Внутрь и наружу. И когда он снова входит, я обвожу языком кончик его пальца, прежде чем скользнуть по большому пальцу вверх.

– Черт. – Он встает, с разочарованным рычанием убирает руку и возвышается надо мной, сидящей на краю кровати. – Только попробуй.

Он едва приспускает штаны и трусы, ровно настолько, чтобы вытащить член.

И…

– Черт возьми, – слышу я свой голос, глядя прямо на него.

Он набухший и толстый, пульсирует в его кулаке. Кай поглаживает себя один раз. Второй. С кончика стекает капля предэякулята, и я полностью заворожена тем, как он проводит по нему большим пальцем, обводя вокруг головки.

Его рост – шесть футов четыре дюйма, но по сравнению с членом обхватывающая его рука кажется очень небольшой.

– Оближи свои красивые губки и открой ротик.

Сглотнув, я делаю, как он говорит, высунув язык и широко раскрыв рот. Положив руку мне на затылок, он проникает внутрь.

Я переполнена. Мне требуется некоторое время, чтобы привыкнуть к тому, что он несколько душит меня, но, в конце концов, я прихожу в себя и начинаю дышать через нос.

– Вот так, Миллер. Черт. – Я провожу языком по его головке. – Так хорошо, – хвалит он. – Вот так. Да, так хорошо. Боже, ты меня просто убиваешь.

Я поглаживаю и посасываю, используя руку для того, что не помещается у меня во рту. Он дает мне полный контроль, хотя одной рукой держит меня за волосы, гладит и хвалит, а другую руку опускает вниз, пробуя тяжесть моей груди в своей ладони.

Он прижимается к моему рту, непроизвольно и отчаянно двигая бедрами. Его просьба эхом отдается в моих ушах, и я просовываю руку, которая была на его члене, в его трусы, обхватывая яйца.

Кай отшатывается, отрываясь от моего рта. Его член теперь увеличился еще больше, его украшают выступающие вены.

– Господи. Хорошо, я понял. Голова с золотой звездой. Пожалуйста, не заводи меня сейчас.

У меня на губах появляется довольная улыбка, я наблюдаю, как он приходит в себя и натягивает штаны, что является полной противоположностью тому, чего я от него хочу.

Но затем он выдыхает и смотрит на меня сверху вниз, скользя взглядом по моему почти обнаженному телу. Блуждает взглядом по моей груди, бедрам, татуировкам.

Кай качает головой – его любимое выражение лица, когда речь заходит обо мне, но на этот раз это не раздражение, а недоверие.

– Миллс, ты такая красивая.

Его тон настолько мягок и искренен, что я почти краснею. Я не из тех, кто стесняется секса. Но Кай смотрит на меня так, словно я – самое любимое, что он когда-либо видел, и по тому, как он произносит эти слова, можно подумать, что он благодарит меня за то, что я здесь.

Что действительно абсурдно.

Атмосфера снова меняется, когда он приближается и запечатлевает на мне властный поцелуй. Он наклоняется, чтобы я оказалась выше него, и проводит губами по моей обнаженной ключице и груди. Его язык кружит вокруг соска, из его горла вырывается стон, и он берет сосок в рот.

Кай сосет его, моя спина выгибается, и когда он повторяет это с другой грудью, я почти падаю с края кровати к нему на колени.

– Иди сюда.

Его голос хриплый, он хватает меня за ягодицы и тянет, чтобы я села на него верхом.

Он сильнее втягивает губами сосок.

– Черт, – я издаю стон. – Ты снова доведешь меня до оргазма, играя с моими сосками.

Он улыбается, касаясь моей кожи, и покачивает моими бедрами, поглаживая свою эрекцию. И клянусь богом, если он снова доведет меня до оргазма в результате секса без правил, я действительно не смогу смотреть ему в глаза. Он подумает, что это я страдаю от долгого воздержания и кончаю, едва он ко мне прикоснется.

Кай еще раз проводит языком по соску и завладевает моим ртом.

– Мне нужно попробовать тебя на вкус.

Да, я определенно собираюсь снова кончить, потому что, черт возьми, со мной еще никто так свободно не разговаривал в спальне.

Он старше, и у него нет проблем с тем, чтобы озвучить все, что у него на уме.

Это невероятно заводит.

– Пожалуйста, сделай это.

Он встает, устраивая меня на кровати. Упираясь одним коленом в матрас, он укладывает меня так осторожно, как будто я драгоценный груз, который может разбиться. Затем пробует провести ладонью по моему бедру. Сверху, сзади, сбоку.

– В тот первый день в Майами, когда на тебе были те короткие шорты, – Кай целует меня в шею, – я мог думать только о твоих ногах. Предполагалось, что я пытаюсь придумать, как тебя уволить, но все, что я хотел сделать, – это придумать, как сделать так, чтобы эти ноги обнимали мое лицо.

Я трусь об него, как капризная кошка.

– Похоже, ты нашел способ.

Он покусывает и вылизывает дорожку, спускающуюся по моей груди и животу.

– Я мечтал об этом. Каждую ночь, пока ты спала рядом с моим домом, я засыпал, вымотавшись в попытках убедить себя оставить тебя в покое. Но я, черт возьми, больше не могу. Я хочу тебя. Черт, я действительно хочу тебя. Ты была настоящей пыткой, и я больше не хочу с этим бороться.

Я выгибаюсь, приподнимаюсь на кровати от одних только его слов и теплого дыхания на моей коже.