– Грязнуля обожает грязь, беспорядок, непослушных, нерадивых мальчиков, которые получают плохие оценки, дурно себя ведут, грубят маме. Он все про тебя знает, от него ничего не скроешь, помни об этом! Если ты днем сделал что-то плохое, не прибрал комнату, лег спать, не приняв душ и не почистив зубы, Грязнуля заметит тебя! Явится среди ночи и больше никогда не отстанет. Будет приходить каждую ночь, проверять, принюхиваться, станет следить за тобой постоянно. А стоит оступиться – и в одну из ночей он тебя заберет.
Грязнуля был кошмаром и без того нерадостного детства Валеры, квинтэссенцией его несчастья. Бывало, мальчик ночи напролет лежал и трясся в темноте, ожидая, когда чудовище выползет из-под кровати или выберется из шкафа. Боялся закрыть глаза, чтобы, открыв, не увидеть рядом ужасное лицо Грязнули. Звать мать, жаловаться, просить посидеть с ним было, ясное дело, бесполезно.
Как выглядит Грязнуля, Валера узнал года в четыре. Мать описаний не давала, говорила лишь, что это жуткое существо, страшнее которого нет на свете. И однажды Валера убедился в этом сам.
Все произошло случайно: мать включила мультик – и Грязнуля был там. Мультфильм назывался «Калиф-Аист», шедевр рисованной мультипликации по мистической сказке Вильгельма Гауфа.
Едва увидев горбатого карлика в черном одеянии, с заостренными ушами, мясистыми губами, огромным ртом, из которого торчали зубы, бедный ребенок сразу понял, что именно так и должен выглядеть Грязнуля. Валера немедленно узнал его, и с той поры чудовище не шло у него из памяти, снилось, мерещилось в темных углах.
Даже учась в начальной школе (да и потом какое-то время), Валера верил в существование Грязнули, продолжал его бояться. Потом все забылось (или затаилось), но сейчас имя чудовища вырвалось у Валеры, а следом, буквально в следующую секунду, произошла и вторая поразительная вещь.
Грязнуля возник на экране.
Валера не обращал внимания на то, что показывали по телевизору. Шла передача про отечественное кино и мультипликацию, и внезапно во весь экран высветился уродливый карлик. Валера заорал, не сдержавшись, схватил пульт. Щелкнул, стараясь не смотреть в сторону телевизора.
В квартире стало тихо. Валера дрожал, обливаясь потом, уговаривая себя не дурить, успокоиться. Воняло пивом: оказывается, он выронил бутылку, и оно пролилось на ковер.
«Неряха! – произнес в голове голос матери. – Посмотри, что ты устроил в квартире! Испоганил все, что мог! Я тебя предупреждала. Грязнуля придет за тобой».
– Пошла к черту, старая тварь! Ты сдохла! Заткнись! – заорал Валера.
Отчаяние и злость накатили алой волной, он схватил бутылку и швырнул через всю комнату. Она ударилась о стену и посыпалась на пол градом осколков.
Спал Валера плохо. Точнее, вообще не спал. Два раза ходил в душ, мылся настолько горячей водой, что кожа огнем горела. Убрал осколки с пола, но при этом умудрился сильно порезать ладонь. Когда замывал ковер, чистящее средство попало на рану, та стала болеть. Но все равно Валера был рад, хоть пивом не несло. Он ведь вообще-то не любил алкоголь.
На работе коллеги списали его понурый и затравленный вид на переживания о смерти матери.
– Хотела бы я, чтобы мои дети меня так самозабвенно любили, – услышал Валера в коридоре.
«Тупая дура, – подумал он. – Ты понятия ни о чем не имеешь!»
В кабинете, как всегда, царили порядок и чистота, тут Валера протестные настроения не реализовывал.
– Может, возьмешь пару дней, отдохнешь? – заглянул в комнату заместитель директора.
Валера выдавил благодарную, чуть скорбную улыбку и отказался. При мысли о том, чтобы сидеть безвылазно в квартире, скрутило живот. Нет, все же надо ее продать, как сорок дней пройдет. Или раньше.
Весь день Валера уговаривал себя соблюдать спокойствие, вести себя невозмутимо. Что произошло-то? Вспомнился детский ужастик, всего лишь еще один неприятный эпизод, привнесенный в жизнь матерью. По чистому совпадению в этот момент шла передача, показали отрывок из мультика. Мультфильм – ничего больше! Детище сценариста, режиссера, художников и прочих специалистов. Звезды советского кино Смоктуновский, Чурикова и другие озвучивали роли и наверняка не боялись того, что творилось на экране.
Грязнули не существует и никогда не существовало. Это порождение больного воображения матушки плюс собственные детские фантазии Валеры.
Придя домой, он продолжал талдычить это всякий раз, когда в голову приходила мысль о Грязнуле. А поскольку выкорчевать из сознания это существо никак не удавалось, весь вечер Валера спорил сам с собой, ругался, убеждал прекратить чудить.
Около одиннадцати принял снотворное (не спать две ночи – это перебор), разложил диван, постелил постель и подошел к окну задернуть занавески, как всегда делал.
Грязнуля был там. Стоял возле подъезда, под фонарем, на маленьком пятачке света. Скрюченная фигура, уродливый горб, крупная голова, ухмыляющийся огромный рот. Грязнуля довольно потирал маленькие ладошки, предвкушая добычу.
