К черту. Драм не собирался умирать сегодня, и уж точно не из-за ничтожной тени, которой он надрал задницу всего несколько дней назад. А ведь тогда их было пятеро, а он — всего один. Он справится с этим.
Как только встанет с пола.
Драм перекатился на бок и, опираясь на руки, подтянул под себя колени. Хорошо, на четвереньках. Это был прогресс. Он услышал поток слов, которые, как догадался, скорее всего, были на идише, и, судя по голосу, Кайли не стала вступать с другими тенями в вежливую беседу.
Когда ему удалось встать на ноги, он повернулся настолько, чтобы понять, что вокруг него находится довольно большое пространство.
Американская Хранительница освещала темноту практическим методом — бросая шар за шаром яркого бледно-зеленого света в окружающие тени. При попадании одного из шаров в несчастную мишень раздавался визг, и она взрывалась, рассыпаясь на черные частицы.
Она работала с легкостью и эффективностью, с которыми Драм и не надеялся сравниться, но он понял, что в основе ее стратегии лежит тот же принцип, который он невольно использовал во время своих собственных встреч с этими сущностями.
Возможно, он слегка покачивался на ногах, но не станет сидеть сложа руки и позволять Кайли делать всю работу, тем более что он потерял счет теневикам после десятого. Это были не спортивные соревнования.
По его мнению, теневик, прошедший сквозь него, захотел обмануть его, когда обошел его и попытался нанести еще один удар. На этот раз Драм был готов.
Он поднял руку и почувствовал, как в нем проснулась энергия. Он пропустил ее через себя и выплеснул через ладонь в виде знакомого взрыва бледно-золотистого света. Поток света ударил в тень и заставил сущность исчезнуть.
«Эй, это было почти весело», — подумал он, поворачиваясь лицом к следующей атакующей твари. Не то чтобы собирался превратить это в хобби, но было какое-то удовлетворение в том, чтобы разнести что-то в пух и прах, не сомневаясь, что поступил совершенно правильно.
Конечно, Драм допускал, что в мире существует множество убийц-психопатов, которые думают точно так же, но они не сражаются с настоящими монстрами. Это давало ему преимущество по старому показателю праведности.
— Отличная работа! — ухмыльнулась Кайли и выпустила два шара по двум разным теневикам. Они попали в цель и уничтожили их. — Немного практики, и думаю, что мы подтянем тебя до уровня майора, малыш.
Драм фыркнул и метнул еще одну порцию энергии (он все еще шатался, думая, что причина в магии), которая пролетела мимо уклоняющейся теневика со светящимися красными глазами. Он выругался. Громко.
— Как я с сказала. Нужна практика.
— Ну разве это не смешно? — пробормотал он.
Вдвоем с Кайли им удалось подавить сопротивление противника, пока Драм наконец не смог разглядеть сквозь остатки черного тумана, с чем столкнулись Стражи.
Магия, летающая вокруг, создала некоторый рассеянный свет, но, как оказалось, он мог бы наблюдать за всем этим при свете костра, потому что то, с чем столкнулись Эш и Даг, подожгло каменный пол пещеры.
Языки пламени мерцали между Стражами, и тем, что выглядело почти так, словно тысячи теней соединились вместе и образовали такую густую тьму, что, казалось, вся реальность исчезла за ней. Он обладал той массой, которой не хватало более мелким существам: широкие плечи и толстые, удлиненные конечности, придававшие ему неестественную подвижность и невозможную досягаемость.
Он не двигался и не дрожал, как его младшие родственники, но его твердая форма словно растворялась по краям. Маленькие клубы черного тумана улетучивались, как струйки пара. Его глаза напоминали не раскаленные угли, а глубокие, зияющие туннели, ведущие к расплавленному центру ада.
Что-то подсказывало Драму, что это именно то место, откуда явилась эта штука. Он не знал и не заботился о том, была ли это другая вселенная или религиозная конструкция, но эта вещь заставляла его думать, что она очень, очень реальна.
Ему приходилось быть внимательным, наблюдая за оставшимися теневиками и ходом сражения. К тому моменту, когда взорвалась последняя сущность, по виду и звуку напоминавшая негативное изображение римской свечи, он решил, что задолжал своей новой подруге из Бостона что-то в районе трех дюжин бокалов пива и имени своего первенца. Выйдя из этой ситуации целым и невредимым, но измотанным, он решил, что легко отделался.
Уперев руки в колени, он дал себе минуту, чтобы перевести дыхание и побороть страх, который, как желчь, пытался вползти в горло. Затем расправил плечи и начал преодолевать расстояние между ним и огромной злобной тенью.
Кайли сжала его рубашку и уложила его на землю.
— Ты что, мелочь? Оставайся на месте, новичок. Пусть этим займутся первопроходцы.
Драм начал протестовать. Почему, черт возьми, они должны стоять и просто смотреть, когда могут помочь своим Стражам выиграть бой?
Звук, похожий на крик совы, вцепившейся в горло разъяренному тигру, раздался в пещере с силой десятитонной бомбы. С потолка пещеры посыпалась пыль и галька, заставившая обоих людей зажать уши руками и вздрогнуть.
