В 973 г. пасха приходилась на 23 марта. Поскольку император Оттон прибыл в Кведлинбург 19 марта, а уехал оттуда 4 апреля,[34] направившись в Мерзебург, Ибрагим-ибн-Якуб, вероятно, видел болгарское посольство в конце марта — начале апреля.
Особенно удивительно, что, будучи евреем, Ибрагим все же получил возможность видеться и беседовать с императором. Сообщая о «городе женщин»,[35] якобы находящемся где-то на северо-востоке, Ибрагим добавляет: «Слухи об этом городе верны. Мне рассказывал о нем сам Хуто, король Римский».
Как же могло случиться, что еврейский купец попал ко двору императора и даже удостоился беседы с ним по спорным географическим вопросам?
Этому может быть дано лишь одно объяснение, которое и нашел Якоб: видимо, Ибрагим имел какое-то отношение к упоминавшемуся «африканскому [284] посольству» и вместе с ним находился при дворе императора в Мерзебурге. В XI в. летописец великого императора Видукинд писал об этом посольстве следующее:
«Приняв послов из Африки, которые воздали ему королевские почести и преподнесли дары, он оставил их при своем дворе».[36]
Видукинд не сообщает, откуда прибыли эти послы. Нет ничего невероятного в предположении, что они действительно были направлены одной из африканских стран, так как еще к Карлу Великому в 797 и 801 гг., по словам Эйнгарда, приезжали послы из Марокко, столица которого Фес именуется Эйнгардом Фессотом.[37] Однако не может быть сомнений в том, что в 973 г. «африканские» послы прибыли в Германию из мавританской Испании, а не из Африки.
Еще Видукинд неоднократно упоминал о мавританских посольствах, приезжавших из Испании при Карле Великом. Установлено, что в последний период жизни Оттона I к нему тоже прибыло такое посольство. Послы были направлены князем Хакамом II (961—976), приехали в Германию через Бордо, Руан и Утрехт, преподнесли императору дары и в свою очередь получили от него подарок и устное послание для своего повелителя. В его тождество с «африканским посольством» не приходится сомневаться. Поскольку Южной Испанией владели мавры, ее вполне могли счесть за африканскую область.
Якоб обнаружил арабское сообщение об этом мавританском посольстве в географическом труде жившего в XIII в. араба Казвини (ум. в 1283 г.). Казвини приводит рассказ одного из членов этого посольства — Ибрагима-ибн-Ахмед ат-Тартуши (то есть из Тортосы), используя при этом ныне утраченную работу Ухдри (X в.). Якоб полагает, что послы случайно повстречались с Ибрагимом-ибн-Якубом — не то уже при дворе императора, не то еще по пути туда. По мнению Якоба, это произошло по дороге из Шлезвига в Шверин.[38] Видимо, послы предложили еврею, который владел языками и годился для роли переводчика, сопровождать их ко двору императора.
События могли и в самом деле происходить именно таким или сходным образом. Во всяком случае, трудно себе представить, чтобы без помощи посольства Ибрагим получил возможность долгое время оставаться при дворе императора и даже беседовать с ним.
В сохранившихся источниках нет ни малейшего указания на то, что Ибрагиму-ибн-Якубу и мавританским послам было что-нибудь известно друг о друге. И тем не менее о контакте между ними со всей очевидностью [285] свидетельствует тот факт, что оба сообщения о путешествии, расходясь в деталях, содержат ряд удивительных, подчас дословных совпадений. Особенно это относится к почерпнутым с чужих слов сведениям о нравах и обычаях в Польше, а также к упоминанию мифического «города женщин». Похоже на то, что оба автора одновременно получили возможность слушать одни и те же рассказы. За исключением этих почти тождественных мест, отчеты о путешествии в значительной степени отличаются друг от друга. Ибрагим-ибн-Якуб описывает исключительно восточные края, и особенно путь из Магдебурга в Прагу, тогда как Ибрагим ат-Тартуши рассказывает о западных областях и о пути, проходившем из Утрехта через Падерборн и Зест в Мерзебург, а затем оттуда через Фульду в Майнц.
Тартуши, видимо, вообще не отличался острой наблюдательностью. Он дает, в частности, следующее странное описание Страны франков: «Она неплодородна, так как почвы там плохие, виноградников мало, и леса немногочисленны… [жители] моются всего один-два раза в год холодной водой».[39]
Довольно легко преодолеть и еще одно затруднение, противоречащее приведенному выше толкованию. Болгарское посольство, которое видел Ибрагим-ябн-Якуб, оставалось в
