Неведомые земли. Том 2 полностью

Исследователи по-разному читают приведенное в арабском тексте наименование народа, на территории которого находился город. Лучший знаток этого вопроса Якоб заявляет: «Очевидно, следует читать «унана».[46] По мнению Вестберга, арабиста более раннего времени, занимавшегося обработкой путевых записок Ибрагима, название это нужно читать как «винане».[47] Однако в последнем случае, видимо, имело место самовнушение, так как Вестберг исходил из ложного предположения о том, что речь шла о городе Волин, который в свое время отождествлялся со знаменитым славянским портом Юмна, прообразом легенды о Винете. Правда, те, кто по-прежнему придерживается неверной точки зрения о тождестве Юмны и Волина, до сих пор отстаивают чтение, предложенное Вестбергом.[48] Однако вариант «винане» опровергается хотя бы тем, что название Волин (Вулин) было искусственно придумано церковными властями уже после насаждения христианства в 1124 г. (см. гл. 111), чтобы предать забвению напоминавшее о Юлии Цезаре «языческое» наименование Юлин, бытовавшее у язычников-поморян. Название Волин вообще впервые встречается в булле папы Иннокентия II от 14 октября 1140 г., установившей в Волине центр епархии. В X в. этого названия еще не существовало. Поэтому оно никак не могло фигурировать в арабской, рукописи X в. Пока следует придерживаться предложенного Якобом чтения — «унана», которое, кстати, отчасти созвучно с «Юмна», а, вернее, не с наименованием самого города, а с находившимся поблизости знаменитым Йомсбургом, основанным датским королем Гаральдом Синезубым около 950 г. в устье Одера и просуществовавшим до 1043 или 1044 г. Еще первые исследователи этого вопроса — Якоб,[49] Фогель,[50] Ларсен[51] — подчеркивали, что описание Ибрагима-ибн-Якуба может быть отнесено только к приморскому городу Юмне или, что еще вероятнее, к соседнему Йомсбургу. [288] Когда же швед Вейбулль[52] выдвинул предположение, что никакого Йомсбурга вообще никогда не существовало и все многочисленные упоминания о нем следует считать поэтическим вымыслом, против него решительно выступил такой авторитет в этой области, как Финнур Йонссон.[53] А такой крупный знаток скандинавских саг и скандинавской истории, как Ниднер, также заявил без всяких оговорок: «Несомненно, что эта крепость существовала».[54] По сравнению с заявлениями таких специалистов немногого стоят высказанные за последнее время в Германии взгляды, согласно которым все упоминания о Йомсбурге представляют собой лишь «романтическую фантазию». Именно сообщения Ибрагима-ибн-Якуба о «гавани на берегах Мирового океана» представляются одним из важнейших доказательств того, что Йомсбург в 973 г. стоял на берегу Балтийского моря и что весть о нем в то время уже донеслась до двора германского императора Оттона.[55]

Страна, называемая Гренландией, была открыта и заселена из Исландии. Оттуда отправился в Гренландию Эйрик Рыжий из Брейди-фьорда; там он занял земли, которые с тех пор именуются Эйрикс-фьорд. Он дал стране имя, назвав ее Гренландией; он сказал, что люди захотят туда отправиться, если у страны будет красивое название. Они нашли на востоке и на западе страны следы жилья, а также остатки лодок и каменных орудий. Из этого видно, что туда приезжали люди того племени, которое населяет Винланд; гренландцы называют их скрелингами. Он отправился, чтобы обосноваться в Гренландии за 14 или 15 зим до того, как в Исландию пришло христианство. Так рассказал Торкелю, сыну Геллира, в Гренландии человек, который сам был в этом путешествии вместе с Эйриком Рыжим.[1]

Эйрик Рыжий сказал, что собирается искать землю, которую видел Гунбьёрн, сын Ульфа Краке, когда его носило по морю западной Исландии и он открыл шхеры Гунбьёрна. Он заверил, что вернется к друзьям, когда найдет эту страну. Эйрик прошел под парусами мимо Снайфедльснеса в открытое море. Он достиг земли у центрального глетчера в том месте, которое зовется Блосерк [Черная рубашка]. Оттуда он поплыл вдоль берега на юг, чтобы выяснить, есть ли там жители. Первую зиму он провел на острове Эйрика, примерно в центре Восточной колонии. Следующей весной он вошел в Эйрикс-фьорд и выбрал себе там место для жилья. Летом он отправился к необитаемому западному побережью, пробыл там долгое время и дал наименования многим местам. Вторую зиму он провел на Эйриксхольме под Хварсгнипой.[2] Третьим летом он плавал на самый север до Снайфедля и заходил [290] в Храфнс-фьорд.[3] Тут он решил, что достиг самой внутренней части Эйрикс-фьорда, повернул назад и всю третью зиму пробыл на острове Эйрика перед входом в Эйрикс-фьорд.