Адам Бременский, один из известнейших немецких летописцев XI в., прибыл, очевидно, из окрестностей Бамберга[3] в Бремен, где в 1067 г. стал каноником. В 1072—1075 гг. он составил хронику Гамбургской епархии, которая считается одним из ценнейших исторических и географических трудов из научного наследия средневековья. Для изучения тогдашнего севера Германии, Северной Европы и островов Атлантики значение его произведения поистине неоценимо. Начиная с 1068 г. Адам часто жил при дворе датского короля в Роскилле, где и завязал тесную личную дружбу со Свеном Эстритсоном (1047—1074);[4] от этого короля Адам и узнал значительную часть тех сведений, которые содержатся в его прекрасном труде. Особенно это касается уникальных географических записей в IV томе хроники. Благодаря Адаму до наг, дошли сообщения о многих фактах, которые не упоминаются ни в одном другом письменном памятнике средневековья. [368]
Адам Бременский был единственным из хронистов континентальной Европы, упомянувшим Винланд (см. гл. 104). Только он сообщает о крупном портовом городе венедов
От этого хрониста мы узнаем и о плавании по малоизведанному в те времена Балтийскому морю, предпринятому норвежским королем Гаральдом IV Строгим совместно с датским наместником Гамулом (Ганузом) исключительно с целью географических исследований. К сожалению, сообщаемые Адамом Бременским сведения об этой исключительно интересной экспедиции прискорбно скудны. В них ничего не говорится ни о продолжительности плавания, ни о том, в какой именно части Балтики побывали мореходы. Однако археологические находки, относящиеся к доисторическому периоду, свидетельствуют об «оживленной морской торговле», развившейся в южной и западной частях Балтийского моря уже в VI и VIII вв. Эти торговые связи распространялись также на Готланд и Финляндию.[7] В IX и X вв. даже и южные и центральные районы Прибалтики, правда изредка, но все же наезжали купцы из христианских стран Западной Европы (см. гл. 86 и 94). Начиная с IX в. норманны поддерживали регулярное сообщение по морю с Новгородом и другими русскими городами. Наконец, сам Адам сообщает о торговых плаваниях на Земландский полуостров, в Новгород и Бирку,[8] о заморских гостях, постоянно и «во множестве»[9] прибывавших в Шлезвиг, Юмну, Бирку.[10] Из всех этих фактов следует, что в XI в. могли считаться неизведанными только северные районы Балтийского моря, и в первую очередь Ботнический залив, о котором тогда еще не было известно, сообщается ли он с океаном.
Можно предположить, что современникам Адама Бременского Балтийское море было знакомо до 60° с.ш.
Следовательно, разведывательная экспедиция в Балтийское море, предпринятая Гаральдом Строгим совместно с Гамулом Вольфом, могла преследовать
Это предположение тем более обоснованно, что вдохновитель экспедиции, король Гаральд, неоднократно сам плавал в различных частях Балтийского моря. В молодости он совершил плавание из Швеции по Финскому заливу в Новгород и далее в Константинополь. Во время длительной войны с Данией (1048—1064 гг.) шведский король почти ежегодно посещал юго-западные воды Балтийского моря, опустошая прибрежные владения датчан, [369] а однажды даже сжег город Шлезвиг. И если Гаральд задался целью исследовать «неведомые просторы» Балтийского моря, то можно быть уверенным, что имелись в виду не южные и не центральные его районы.
Возможно, что время от времени отдельные суда заходили в Ботнический залив и до Гаральда, но об этом не сохранилось никаких сведений. Поскольку в те времена на берегах Ботнического залива не было ничего притягательного для купцов, трудно предположить, чтобы они проникали далеко в глубь суши. С географической точки зрения этот залив был совсем не исследован. В VI в. Иордан,[11] располагавший относительно полными сведениями о севере Европы, называет Балтийское море
