На этот раз плавание прошло без всяких осложнений. Однако в самой Бирке он столкнулся с гораздо большими трудностями, чем в свой первый приезд, так как новый король Эйрик Сегерселл держался сначала недружелюбно. Как известно, правители Швеции до 1008 г. были язычниками. Только благодаря подаркам Людовика Немецкого и его собственноручному посланию шведский король сменил гнев на милость. К тому же произошло несколько счастливых случайностей, которые помогли Ансгару укрепить свое влияние в народе и получить разрешение проповедовать христианство и строить новые церкви.
Хотя точных сообщений о продолжительности вторичного пребывания Ансгара в Швеции нет, можно полагать, что он находился там около трех лет, то есть дольше, чем в первый раз. Когда епископ в 852 г. возвратился в Бремен, в Бирку направили священника Арнфрида, который подвизался там не менее трех лет, но заболел и вынужден был вернуться в Германию. Преемником Арнфрида был назначен пресвитер Рагемберт. Однако еще по пути в Шлезвиг, «где находились корабли купцов, которые должны были его сопровождать», пресвитер подвергся нападению датских пиратов и был убит. Вместо него в Швецию отправился некий Римберт, которого
В преклонном возрасте Ансгар, видимо, уже не выезжал из своей резиденции. Он скончался 3 февраля 865 г., на 64-м году жизни.
Преемник Ансгара Римберт написал прекрасную биографию «северного апостола». Значение этого труда выходит далеко за рамки его основной задачи. Наряду с рассказом о путешествии Вульфстана (см. гл. 94), несколькими краткими записями Эйнгарда и скандинавскими сагами биография Ансгара является единственным документом, из которого можно черпать важные сведения о судоходстве на Балтийском море и об условиях на его побережье в IX в.[16] Из отдельных брошенных вскользь замечаний биографа зачастую можно вывести чрезвычайно важные исторические факты, которые оставались бы неизвестными, не будь этой работы. Так, например, мы узнаем из нее следующее: [171]
1. Когда в 826 г. Ансгар впервые отправился в Данию, путешествие туда из Рейнской области считалось еще столь опасным, что в эту страну никого не посылали без добровольного согласия (гл. 8 источника). Но через 20 лет Ансгар «часто» ездил в Данию из Гамбурга и Бремена (гл. 24 источника). Тем не менее торговля между Западной Европой и Биркой, очевидно, к тому времени уже велась в течение продолжительного периода, так как еще за 100 лот до Ансгара фризские торговцы ездили через Шлезвиг в шведскую столицу.[17] Эллингштедт на реке Трене был крайним пунктом, до которого, пересекая перешеек, могли доходить мелкие суда тех времен, плававшие по Северному морю. Еще в IX в. Эллингштедт служил складочным пунктом для английских товаров и был связан со Шлезвигом хорошей дорогой.[18]
2. О Шлезвиге, этом предшественнике более позднего Хайтабю, порта на крайнем западе Балтийского моря, мы узнаем, что туда «съезжались купцы со всех сторон» (гл. 24 источника) и что миссионерам тоже приходилось пользоваться услугами торговых судов, чтобы добраться до Швеции (гл. 9 источника) .
3. Во время своего первого пребывания в Бирке Ансгар застал там много военнопленных христиан, которые горячо приветствовали приезд своего священника (гл. 11 источника). Остается загадкой, откуда взялись эти военнопленные, поскольку до прибытия Ансгара в Шлезвиг (826 г.) берега Балтийского моря, Каттегата и Скагеррака были населены исключительно язычниками.
4. Посетив Бирку вторично, Ансгар узнал от местных единоверцев, что в Дорестаде им приходилось встречаться с другими христианами и священниками, но что «сейчас по дороге в Дорестад путешественника поджидают опасности и из-за нападений морских разбойников поездки туда стали для нас слишком рискованными». Отсюда вытекает то важное для истории культурных связей обстоятельство, что шведские купцы регулярно ездили в Голландию. Сообщение это, видимо, относится к периоду до 834 г., так как в 834 г. норманны полностью разорили Дорестад и за последующие 30 лет еще 7 раз совершали на него набеги, навсегда положив конец процветанию города. Об оживленной торговле Дорестада со Швецией и Норвегией в период, предшествовавший миссии Ансгара, свидетельствует немалое количество монет дорестадской чеканки, найденных на побережье обеих стран![19]
