Отсюда видно, как неуместна была попытка из этого португальского разведывательного плавания без португальцев сделать вывод о том, что якобы уже в 1340 г. в Португалии было развито океанское судоходство.[26] Современные португальские исследователи склонны к чрезмерному преувеличению [245] достижений своих средневековых соотечественников, что особенно отчетливо проявляется в утверждении, будто бы в XIV и XV вв. португальцы были «единственной нацией, обладавшей опытом мореплавания» (!). В противовес атому нужно со всей определенностью подчеркнуть, что подобное утверждение представляет собой не что иное, как передергивание исторических фактов в угоду национальному тщеславию. Как правильно констатировал Шомбург, «мастерами навигации в позднем средневековье были итальянцы».[27]
О разведывательном плавании 1341 г. стало известно в 1827 г. благодаря одному источнику того времени, автором которого сочли великого Боккаччо. Правильна ли эта догадка или нет, вопрос спорный. Точный текст этого сообщения почти полностью приведен в начале главы. В нем говорится, что моряки открыли тогда 13 островов, из которых только 5, видимо, были обитаемыми. На самом деле 7 больших островов заселены издавна, возможно еще с доисторических времен. Безлюдными были, пожалуй, только 6 более мелких скалистых островов — Лобос, Рокете-дель-Эсте, Рокете-дель-Оэсте, Грасьоса, Монтанья-Клара и Алегранса.[28] Вызывает серьезные сомнения и предположение, что в древности первооткрывателями этих островов были критяне или финикияне (см. т. I, гл. 6). Доктор Вейкман, долго живший на Тенерифе, сообщил 16 мая 1937 г., что на Канарских островах обнаружены многочисленные наскальные надписи неизвестными письменами. До сих пор не установлено, кем они сделаны. На рис. 9 дан их образец. Гуанчи, населявшие Канарские острова, ко времени их открытия моряками XIV в., вероятно, были народом северного происхождения, хотя они и одичали. Описание Боккаччо, в котором упоминается о их «длинных белокурых волосах», едва ли позволяет в этом сомневаться.
Опирается это описание на самый надежный источник, а именно на рассказ участника плавания Никколозо да Рекко. Сразу же после окончания плавания этот рассказ был приведен в письме флорентийских купцов из Севильи от 14 ноября 1341 г. Письмо это ясно доказывает, что утверждение португальского короля, будто бы острова открыли «
Описание Боккаччо особенно интересно тем, что из него мы узнаем, почему названия «Счастливых островов» древнего мира так причудливо и часто изменялись, что мы на разных картах XIV и XV вв. каждый раз принимаем их за новые, не отождествляя с островами, открытыми в 1312 и 1341 гг. Мы без труда узнаем в этом описании, автор которого сам воздерживается от каких бы то ни было названий, «Козий остров» (Капрария,
Донесения португальцев и итальянцев об экспедиции 1341 г. дополняются, видимо, сообщением арабского ученого о состоявшейся в то время продаже султану Марокко рабов, захваченных европейцами на океанских островах.[30]
«Книга познания», свидетельствующая об уровне новых географических знаний об океане, приобретенных к 1345 г., отражает путаницу, возникшую потому, что вторично открытым островам Канарской группы тотчас же присваивались на разных языках самые различные названия. А позднее часто уже не знали того, что переданные в древности Плинием и другими географами названия океанских островов относились к тем же самым объектам, которые были вторично открыты в средние века. Так возникло представление, что число океанских островов, находящихся сравнительно недалеко от Гибралтарского пролива, гораздо больше, чем оказалось на самом деле. Эта ошибка усугублялась еще и тем, что названия мельчайших островов и отдельных скал воспринимались как наименования крупных островов.
