Если подобные вымыслы действительно были навеяны книгой «Счастливое открытие», а такой вывод напрашивается из карты Рейса, то оксфордский священник отдал дань духу времени и, очевидно, более охотно рассказывал различные сказки и чудесные истории, чем излагал подлинные факты.
Такой вывод подкрепляется и соображениями, высказанными Нансеном, который считает, что всевозможные вымыслы и ошибочные представления об островном мире северных широт, видимо, ведут свое происхождение от книги «Счастливое открытие».[31] Это относится, в частности, к разделявшемуся почти всеми учеными XV и XVI вв. заблуждению, будто Гренландия представляет собой полуостров Европы. Такое ошибочное представление настойчиво внушал своим современникам Клавдий Клавус[32] (около 1427 г.), но его придерживались также Бехайм (1492 г.) и Реис (1508 г.), и оно просуществовало до 1600 г. Уже в «Королевском Зерцале» (около 1240 г.) высказывается мнение,[33] что Гренландия не может быть островом, так как там встречаются северные олени, полярные зайцы и песцы, которые не водятся на островах и, следовательно, могли переселиться туда сами только из других областей Европейского материка (см. гл. 151 и 157). Открытие Шпицбергена, гигантские ледяные поля Северного Ледовитого океана и легенда о некоем путешественнике, якобы добравшемся пешком от Гренландии до Норвегии и питавшемся в пути молоком захваченной им козы, для которой нашлось там достаточно корма,[34] могли значительно укрепить такое ошибочное представление. Этому способствовала, вероятно, книга «Счастливое открытие», которая перенесла место действия из Северного мира в более низкие широты. Наконец, Клавдий Клавус, так сказать, санкционировал сообщение книги, подкрепив его своими авторитетными суждениями. Этот датчанин был первым ученым, который сообщил средиземноморским народам более точные сведения о Крайнем севере. Он нанес на известный в его время вариант карты Птолемея арктические районы. И все же Клавдий Клавус, пожалуй, больше всех виноват в продержавшемся несколько столетий заблуждении, будто существует перешеек, соединяющий Гренландию с Северной Европой или Северной Азией. Фишер,[35] впрочем, правильно указал на то, что сам Клавдий Клавус, вероятно, был введен в заблуждение древнескандинавскими источниками XII и XIII вв.[36] и прежде всего «Историей Норвегии» (XII в.).[37] Но этот датчанин некогда слыл лучшим знатоком Гренландии, и его сообщения были приняты всеми за истину. Утверждению Клавуса, будто он сам побывал в Гренландии примерно [312] между 1425 и 1430 гг. (см. гл. 153), и в нашем веке верили такие авторитетные исследователи, как Фишер и Мадсен.[38] Между тем сообщение Клавуса «ничем не подтверждается»,[39] и, как полагает автор этих строк, можно даже доказать, что такое путешествие было фактически невозможным (см. гл. 153).
Хотя это и нельзя доказать, все же представляется вполне вероятным, что пропавшая книга «Счастливое открытие» оказывала значительное влияние на географические воззрения в течение двух последующих столетий. Тем больше у нас оснований сожалеть о ее потере. Несомненно, эта книга не была выдающимся географическим трудом. Тем не менее она, видимо, значительно способствовала расширению географических знаний, а заодно, к сожалению, и различных заблуждений. Ранее утверждали, что автором «Счастливого открытия» был Николас из Линна, но доказать этого нельзя, с чем согласны в настоящее время и английские исследователи.[40] Поэтому мы должны считать, что автор книга неизвестен. Но если даже случайно будет найдена рукопись книги «Счастливое открытие» (эта возможность маловероятна, но не исключается), у нас все же мало надежды получить ясный ответ на то, кто был ее автором, какие плавания он совершил и какие литературные произведения написал.
[Нас] 8 готов [то есть шведов] и 22 норвежца [участников] разведывательного плавания из Винланда на запад. Мы остановились у двух шхер в одном дне пути к северу от этого камня. Мы [ушли] на один день и ловили рыбу. Потом мы вернулись, нашли 10 [наших] людей окровавленными и мертвыми.
Десять человек из нашего отряда остались у моря,[2] чтобы присматривать за нашими кораблями [или за нашим кораблем], в 14 днях пути от этого острова. Год 1362.[3]
Магнус, Божьей милостью король Норвегии, Швеции и Схонии, желает всем, кто увидит это письмо или услышит об этом, доброго здоровья и счастья.
