Кетлин высказал предположение, что валлийцы, продвигаясь от устья Миссисипи вверх по течению этой реки, возможно, попали на территорию племени мандан.[28] Это мнение разделяли также Мейджор[29] и Бауэн,[30] пытаясь объяснить, как произошло смешение различных рас. Однако такое толкование исходило из ошибочных предпосылок. Ведь валлийцы — кельты и, следовательно, при смешении с манданами не могли передать своим потомкам типичные признаки североевропейской расы. В настоящее время нет нужды в таких предположениях, так как мы располагаем теперь возможностью дать более правильное объяснение. Понятно, что утверждение о проживании людей смешанной расы в области, населенной до 1850 г. только одними индейцами, вызвало сильное недоверие.
Однако с течением времени появлялись все новые доказательства того, что несколько сот лет назад в верховьях Миссисипи, несомненно, побывали европейцы и что они были скандинавами. В разных уголках штатов Висконсин, Миннесота и Дакота были найдены в земле средневековое оружие и утварь, типичные для скандинавов и определенно указывавшие на то, что жители Северной Европы побывали в этих краях в очень отдаленные времена. Постепенно в различных местах было обнаружено много скандинавских секир, топор, железный наконечник копья, огниво. Все эти предметы никогда не изготовлялись индейцами и не ввозились колонистами более позднего времени (см. рис. 16, 17).[31] Гипотеза Кетлина получила очень веское подтверждение благодаря этим находкам, хранящимся в настоящее время в музее в Милуоки. Однако исследователи по-прежнему стояли перед неразрешенной загадкой и не могли объяснить, когда, как и с какой целью прибыли сюда скандинавы, которые в конце средневековья пользовались таким же оружием и утварью, какие были найдены в верховьях Миссисипи. И в более раннее и в новое время исследователи часто утверждали, не ссылаясь при этом на индейцев-манданов, что скандинавы еще в доколумбов период оказали влияние на американские племена. Не кто иной, как Гуго Гроций, пытался объяснить некоторые [322] особенности культуры Центральной Америки влиянием скандинавов.[32] В XIX в. Гравье особенно горячо доказывал наличие норманских истоков культуры ацтеков,[33] а Леланд заявил, что между многими преданиями «Эдды» и мифами индейцев-алгонкинов якобы наблюдается поразительное сходство.[34] Несомненно, к подобным утверждениям следует относиться весьма скептически и с такой же осторожностью, как и к мнимому языковому сходству, о котором шла речь выше (см. цитату на стр. 316). Однако именно некоторые расовые особенности индейских племен с давних пор рассматривались как веское доказательство того, что североевропейская и индейская кровь действительно не раз смешивались в отдаленные времена. Но никто из ученых не мог прийти к простому решению, что такое смешение произошло в средние века, считая это невероятным.
Самая поразительная находка прошлого века как будто должна была приподнять завесу над этой тайной, хотя и задала новые загадки, которые долгое время значительно затрудняли работу исследователей.
В 1891 г. швед Олаф Оман приобрел ферму у Кенсингтона в штате Миннесота и добился значительных успехов. В августе 1898 г. он срубил на своей земле осину, достигшую примерно 70-летнего возраста. При выкорчевке корней оказалось, что они обвились вокруг огромного серого камня, который, несомненно, уже находился в земле, когда примерно в 20-х годах XIX в. начало расти дерево. Почти прямоугольный камень весил 91
Находка была тотчас отправлена скандинависту профессору Миннеаполисского университета О.Дж. Бреда, который подтвердил, что письмена действительно рунические, и опубликовал первую предварительную расшифровку довольно длинной и выполненной необычайно красивыми знаками надписи.[35] По инициативе Бреда Кенсингтонский рунический камень был направлен в Северо-Западный университет (в Чикаго), но там после поверхностной проверки заявили, что это довольно «неуклюжий подлог», так как на нем якобы обнаружены некоторые английские слова. Этого сурового приговора было достаточно, чтобы находка потеряла цену, и Оман, нашедший камень, в течение восьми лет пользовался им как… порогом у амбара своей фермы. Только в августе 1907 г. другой скандинавист, Холанд, который услышал [323] о надписи, извлек Камень из недостойного его места и подверг новому изучению (см. рис. 14, 15).
В дальнейшем Холанд посвятил свою жизнь решению загадки Кенсингтонского рунического камня. Он сообщил об этом камне всем сколько-нибудь известным американским и европейским специалистам, причем ne только рунологам и скандинавистам, но прежде всего химикам и геологам, которые должны были высказать свое мнение о степени выветрелости камня.
