Грела изнутри и продирала по венам какая-то энергия предвкушения, заставляя пальцы крепче сжиматься на руле. Ви искоса бросил взгляд на Джонни, вальяжно развалившегося на пассажирском сидении, и уже привычно попытался прикинуть, чьими сейчас были ощущения — его или рокера. Но в этот раз разграничить не удалось: Сильверхенд явно ждал с наслаждением знакомого безбашенного яркого действа, его дергало за энграммные нервные окончания желание активности, но и наемника одновременно подташнивало от предчувствия предстоящей отвратительной трясины псевдоэндотрезина и потряхивало от легкого мандража при мысли, что ему, возможно, удастся увидеть, наконец-то, эту ебаную, недоступную его пониманию магию музыки вживую. Да, блять, еще и от первого лица.
А еще Ви искренне хотелось помочь Евродину, в чем бы рокербой эту помощь ни видел. Кажется, никаких планов на Джонни у Керри не осталось, что моментально изменило отношение к нему соло. Разумеется, даже если бы обстоятельства были и другими, Ви все равно бы вписался помочь, но теперь он мог делать это с полной отдачей, а не давясь попутно удушающей, болезненной, пожирающей его изнутри ревностью. Прав на которую он, кстати, и не имел.
Еще на подъезде к клубу «Красная грязь» можно было понять, что этим вечером тут наворачивается что-то из ряда вон. Народ потихоньку стягивался к зданию, а в толпе выделялись люди в атрибутике группы.
— Ебать мой хуй! — рокер выпал из молчаливого сосредоточенного состояния, перестал раздражающе щелкать пальцами и постукивать ладонью по колену, и заинтересованно проводил взглядом из-за стекол авиаторов проплывшую мимо тонкую высокую резную фигурку светловолосой девушки в футболке SAMURAI со скалящейся кроваво-красной демонической маской лого группы — Видал, какая телка?
— Видал. Хороша, — ядовито усмехнулся Ви, кивнул головой и мрачно взглянул на Сильверхенда, замедляя ход поршика у обочины. — Притормозить? Подкатишь по старинке выебать фанатку?
— Не, сегодня предпочту выебать фаната, — как-то хищно повернув лицо к наемнику, рокербой пошло и притягательно оскалился, правая бровь поползла вверх, а металлическая ладонь неожиданно тяжело опустилась на колено Ви, и сжалась накрепко, заставляя втопить педаль в пол, а Porsche — дернуться судорожно на опасной скорости вперед.
— Ебанулся совсем? — реакция спасла — соло моментально выровнял ход тачки, одновременно пытаясь стряхнуть руку Джонни с ноги. — Хули творишь?
— Вали мимо клуба, — избавив наконец-то Ви от безумной хватки, рокер снова развалился вальяжно в кресле, стащил авиаторы и бросил на пол, где они растворились в ярких помехах. Когда Сильверхенд поднял взгляд на наемника, в глазах его поблескивало сумасшедшее пламя, отражавшее наэлектризованную энергию, гулявшую под кожей Ви. — Сворачивай в переулок и тормози.
— Ты же говорил, что если задержимся, Нэнси нас с говном сожрет? — очень хотелось еще хотя бы на пару секунд задержать на лице серьезное и суровое выражение, свидетельствующее о возмущении опасным действием рокербоя, но не подъебнуть в ответ на это искреннее безумие было выше сил соло, а улыбка автоматически зеркалила ухмылку Джонни.
— Поверь, она привыкла к тому, что перед концертом я обязательно кого-нибудь да выебу. Спорим, что и Кер опоздает? И наверняка ведь по той же причине, — когда поршик остановился в засранном узком переулке среди гор наваленных пакетов с мусором, рокер блеснул в полумраке вихрем пикселей, предусмотрительно, сука, лишаясь бронежилета, и рывком потянулся к Ви, сцапывая того хромированной ладонью за загривок и грубо прижимая к себе.
Неуловимо гуляющая по венам обоих энергия предвкушения дергала обоих за нервные окончания, заставляя мурашки колко бегать под кожей.
Как и обычно, наемника моментально буквально потеряло и разметало в урагане, которым был Сильверхенд. Ви еле успевал и сам отвечать на лавину жадных прикосновений и ласк. Из салона словно выбило весь воздух, а рокербой вновь занимал собою все пространство, не оставляя ни шанса на вмешательство в этот кокон чего-то постороннего — ни проблеска, ни звука, ни лишней мысли. Стоило соло потянуться, чтобы обхватить шею Джонни, как он обязательно натыкался на встречное движение, они путались в руках, сталкивались в желании прочувствовать прикосновения друг друга, схватить сильнее, облапать жадно, не упуская ни сантиметра тела.