Филин закрыв один глаз рукой, не дожидаясь команды прицелился, слегка покачиваясь и выстрелил.
— Черт, быстрый какой! Извините, Ида Сергеевна, я немного пьян. Влад? Помоги!
Ида взглянула на мужа глазами полными безумных искр гнева, тот посмотрел на друга, он лишь кивнул ему и подмигнул, и только тогда он взял у него пистолет.
— Начнем с болонки старшей, всё таки мать должна первой закрыть грудью своих детей. Или это отец? — вздохнул он и поднял ствол.
— Хватит! Прекратите! Уроды! Нелюди! Я всё скажу! — запищала Елена тихо, потому что второй ствол от охранника был всё ещё направлен на неё.
Влад опустил оружие, но его не отдал, мало ли что.
— Мне нужны были деньги. Я соврала тебе, что у меня рак, ты пришла вся такая расфуфыренная, один твой пиджак был половиной суммы, что мне была нужна! — рявкнула сука на стуле. — Ты сидела с такой пренебрежительной рожей, что так и хотелось тебе врезать! Думаешь замуж за богача вышла, всё можно тебе? Ты лучше, чем я?! Вон какая выросла, жестокая тварь! Мать моя тебя такой воспитала!
— Заткнись! Про бабушку даже не смей заикаться! — рявкнула Ида, сжимая кулаки.
— Продолжим. — вздохнул Влад и поднял ствол, выискивая глазами жертву в комке сцепившихся играющих щенков.
— Не надо! Я всё скажу! — тут же заверещала сука. — Ты не дала денег, сказала дать контакты моего онколога и ты сама с ним поговоришь, или найдешь нового. А потом мы поругались, я ушла! Всё!
— Кольцо?! — вскинула бровки Ида.
Лена замялась, придумывая себе оправдание.
— Даже не пытайся врать, мамочка. — процедила сквозь зубы разгневанная дочь.
— Ты сама ей его отдала. — вдруг подал голос Влад, догадавшись откуда дует ветер. — Только ты уже была под действием наркотика. Теща, милая, сука, дорогая! На меня смотри, сволочь! Это ты подмешала ей наркоту?!
У тещи задрожали губы от ужаса, она смотрела как её зятек сжимает кулак свободной руки, а другая дергается, чтобы ненароком не начать стрелять в любимую родственницу.
— Н-нет, какие наркотики? Ты что? Я просто…
— Что просто, скотина?! — взревел он, подлетал к женщине на стуле и хватая её за лицо. — Ты видела её там с ним! Ты прислала те фото мне, как они сидят на диване вдвоем! Это ты, сука, была!
— Я только сняла их… Я ничего не знаю. Она была пьяная, очень. — залепетала Лена, спасая свою жизнь правдой. — Я просто их сфотографировала…
— Сука! Дрянь паршивая! — выпалил ей в лицо Влад. — Твою дочь напоили и затащили в отель, чтобы изнасиловать, а ты, мразь, что сделала?! Сфоткала её, чтобы шантажировать?!
— Д-д-а.
— Но ты ничего мне не писала, не угрожала… — тихо сказала Ида за спиной мужа.
— Потому что она тебя ещё и обокрала, Ида! — сказал Влад, с болью в голосе. — Она сняла с тебя кольцо!
— Как с трупа в гробу? — усмехнулась Ида. — И почему до сих пор не продала?
— Не надо стало. Она выгодно свою дочь продала, какому-то олигарху извращенцу. Он с ней поразвлекался и выбросил, а мать бабки получила. Извини, Ида, но мать твоя бывшая проститутка и сутенерша… — сообщил Филин, забирая на всякий случай у Влада пистолет. — Домик на эти деньги куплен, собаки тоже, шантажировать то тебя она может и хотела, да передумала, просто насрала вам под дверью фотками и всё. Как отцу своей второй дочери, просто пришла к нему домой вместе с дочкой, показать братьев и сестричек, когда мужик денег мало стал присылать на воспитание приплода. Отец девочку тут же и забрал. Потом жена выгнала её из дома, стоило мужу умереть. Дочка пришла к маме, а та научила её только тому, что умела сама — продажной бабой быть. Такая вот тварь…
Ида перевела свой взгляд на мать, которая ею никогда не была и внимательно всматривалась в стремительно стареющую женщину, вся жизнь которой была погоней за чужими деньгами. И что она получила теперь?
— Дочка то тебя любит вторая. — покачал головой Филин. — Мамочка, мамуля, на курорты возит, и олигарха того тебе простила. Только вот больше деньгами не снабжает, у нее новый сутенер — её парень, Рифат. Снял её вчера друг мой хороший, по моей просьбе, она за бабло, что хочешь расскажет, только о тебе особо ничего не знает, даже расценок, по которым ты её продавала.
— Ну ты и сволочь, мама, никакой привязанности к детям. — покачала головой Ида.
— Запомни, детка, женщина никогда не сможет любить ребенка от нелюбимого мужчины. Ваши отцы отказались брать на себя ответственность, а какой мне от вас толк, если от ваших папаш толка нет? — оскалилась Лена, показывая истинное лицо. — Тебя то мать моя неудачница по своему образу и подобию слепила — один мужик на всю жизнь, семья, верность, честность, тьфу. Твоя мордашка стоит больше! Уж тебя бы дорого продала, но ты бы не согласилась. Мужчины побогаче и солиднее любят таких, утончённых, умненьких, с кем есть о чём поговорить и потрахаться. А потом мне не до тебя было, младшая вернулась, нужны были деньги, у неё внешности никакой, в отца пошла, зато характер в меня, с ней можно было работать, и она не мучалась муками совести. Пришлось ждать её восемнадцати и подпиливать то тут, то там.
