— На чудо… — признался Влад, прикрывая отяжелевшие веки. — Не случилось. Я отец мальчику, а ей я чужой дяденька, как и ему, впрочем, только гены общие.
Ида горько усмехнулась его проблемам, всё у Влада шло через одно место.
— Его зовут Костя, прекрати уже называть его мальчик. Ты также с Соней делал. Они тебя не укусят, если ты будешь называть их по именам.
— Ты подслушала наш разговор с ней, ещё до отъезда на море, почему скандал не закатила? Ты же теперь та ещё скандалистка. — вежливо, как ему показалось, поинтересовался Влад.
Ида вовремя прикусила язык, чтобы не сослаться на Филина, который чуть ли не обещал ей, что эта проблема её не коснется, коснулась, да ещё как.
— Я думала, может ты сам скажешь про свою Иру правду, хотя бы во второй раз совести то хватит. Но ты опять соврал. — с тихой грустью в глазах ответила Ида.
— Ты и тогда промолчала, тебе прислали видео с моей изменой и ты ничего не сказала. — покачал головой Влад, испепеляя её взглядом. — Ты на самом деле вот вот просто спустила бы мне это с рук? Просто жила дальше?
— Я спустила, мы жили дальше. — натянуто сказала она. — Ненадолго, правда, хватило… И меня бы надолго не хватило, это было глупо, признаю.
— Теперь только за всё отрываешься, да? — усмехнулся он. — Я не понимаю тебя Ида, ты вводишь меня всё чаще в тупик своим нелогичным поведением. Ты увидела нас вдвоём и не вцепилась ей в волосы? Не надевала пощечин? Что с тобой, заболела?
Влад будто чего-то ждал от неё, буравя взглядом абсолютно спокойное лицо, на котором не отразилось ни одной эмоции, даже если она их и испытывала.
— Мне тебя жалко, Влад, если честно. — наконец, сказала она. — Больной ребёнок это тяжкая ноша, врагу не пожелаешь. Видеть, как твой сын страдает, как мучается, это ужасно. Добивать тебя, лежачего, как-то не хочется.
«Мне тебя жалко» в голове Влада прозвучало, как приговор. Мужчину, которого жалеют — не уважают, а если мужчину не уважают, значит не любят… Ида на нём крест поставила…
— Ида, зачем ты с ним возишься? Чтобы меня унизить? Чтоб я ещё больше себя виноватым чувствовал?
Влада действительно волновал этот вопрос. На следующий день, как мальчик появился в их доме, муж ожидал от жены новой истерики, кидания в него вещами и вазами, ора, что она выблядка своего мужа обслуживать не будет, но она его удивила своим смирением так, что он никак не мог понять, зачем она это делает? Зачем строит из себя святую мать Терезу? Спокойно заботится о ребенке, который разрушил их брак своим зачатием.
— Ну кто-то же должен из нас двоих вести себя как взрослый ответственный человек, ты в сторону отошел, я осталась. — пожала плечами Ида. — Я записала его ко всем врачам послезавтра и на следующий день, готовься. Освободи расписание, пойдем вместе. По документам ты опекун.
— Я не могу, у меня работа.
— У тебя дети, а ты взрослый, что за них отвечает! Сорок лет тебе скоро, Влад, а ты всё, как ребенок себя ведешь! — фактически плюнула ему в лицо Ида, распалившаяся от жалости до ярости за секунду. — И ещё, мать твою, Артемиду Павловну, бери трубки, когда я тебе звоню, даже если ты в этот момент членом в шлюхе очередной застрял! Я хоть в этом могу на тебя рассчитывать?! У нас то похищение, то избиение, то убийство! Ты не можешь просто так игнорировать звонки от меня!
— Я просто пил, нигде я, мать твою, Лену, не застревал! — взревел Влад.
— Да?! А чё тогда в борделе делал? — хлопнула она глазками. — Чай попить пришел? С плюшками-шлюшками?
— Откуда ты знаешь?
— Слышала как Филин своему водителю сказал, куда ехать за тобой после квартиры. Только и делаю, что чужие разговоры подслушиваю, задолбало! Не хочу я в «шампиньёнов» играть! Я устала! Я заебалась!
Ида сорвалась с места, убегая из его кабинета с террасы в сад. Стоя возле бассейна она глубоко дышала, чтобы успокоиться, её просто поражал своей бесчувственностью Влад, который ни разу к мальчику не прикоснулся, он даже взглянуть на него боялся, словно его совесть мучила. За мужские клубы его тоже как будто совесть мучила больше, раз врёт и боится признаться. Весь бардак, что Ида учинила у него в кабинете он убрал сам, хотя грязь после него всё равно осталась и ее так просто водой не сотрешь.
Она растирала ладошкой грудную клетку, где разгорался пожар после увиденных тестов. Сколько раз она, расчёсывая волосы Сони по утрам, тянула руку, чтобы вырвать пару волосков и, наконец, поставить точку в вопросе отцовства Влада. Как бы она себя не убеждала, что результат итак на лицо — Соня, вылитый Артист, ей хотелось верить, что это злая шутка природы, и девочка Ковалевская по генам. Она тоже хотела верить в чудо, Влад эту веру разбил, и как будто бы ему тоже жаль…
*****
Клубы дыма, витиевато выписывая узоры на фоне ночного неба, растворялись в воздухе. Филин, сидя у себя на балконе холостяцкого дома, наслаждался сигарой, скрученной на мягких бедрах кубинских женщин. Выдыхая из себя терпкий дым, пуская из них колечки, он думал, как же легко играть чужими жизнями, если знаешь по каким правилам они устроены. И как же, чёрт побери, у него это хорошо получается.
