Это была самая странная ночь в моей жизни. Алекс внимательно меня слушал, ни разу не перебивая, пока я собирала мысли в кучу.
Мы сидели на кухне незнакомой квартиры и пили кофе.
– Значит, вы оказывается родня с Женей?
– Да, видимо так. Без пяти минут.
– И сколько тебе лет?
– 21. А что?
– Считаю. Жене 26, тебе 21, Варе 18.
– А кто это Варя?
Алекс усмехнулся:
– Это твоя сестра. Младшая, сводная. Характер скверный. Познакомишься еще. А где твоя мать?
– Я не знаю. Отец забрал меня с детского приюта, когда мне было 7. Поэтому о матери я ничего не знаю. Да и какая в сущности разница?
– Получается, отец тебя забрал и воспитывал?
– Сложно сказать, воспитывал. Скорее всего присутствовал. Я жила то там, то сям. Разные семьи, разные города, разные школы. Лет с 15 мы жили вместе окончательно. Думаю, он всегда мечтал о сыне. А чем ты занимаешься?
– Строю дома. Мне надо уладить одно дело, прежде чем я поеду с тобой.
– Какое?
– У меня шестимесячная дочь, – ответил он, будто этим все объяснялось.
С той самой ночи я стала доверять ему. И сомневаться пока не приходилось.
Я подождала, пока он спустится, темнело быстро. Парень спустился, стряхнув ладони.
– Мне нужно красивое платье и ванна. И еще, пожалуй, туфли.
– Куда— то собралась? – взгляд Алекса слегка недоуменный. Он окинул меня с головы до ног, задержавшись взглядом на губах.
– Тебе тоже нужен костюм.
– Куда мы собрались? – недоуменный взгляд синих как океан глаз.
– Заключим сделку.
Алекс с сомнением посмотрел на меня.
– Лады. Пошли по магазинам. И ты бы нацепила что— то более теплое. Простыть недолго, – произнес Алекс, снимая с себя куртку и протягивая ее мне.
– Хорошо, папочка, – буркнула я и взяла куртку.
Женя
Днем позже Андрей пришел в мою комнату. Я не видел сходства между нами, хорошо, что я похож на маму. Хоть какое— то утешение. Слабовато, но что есть.
– Ты ведь знаешь, твоя сестра не вернется.
– Она не дура.
– И хорошо прячется. Не хочешь помочь с поисками?
– Нет. Можешь делать все, что угодно, мне все равно.
– Мне не все равно.
– Ты не был мне отцом. Никогда не был. Так что мешает не быть им дальше? К чему церемониться?
– Я признаю свои ошибки. И свое обещание сдержу.
– Какое обещание?
– Я обещал твоей матери, что сделаю все, чтобы тебя защитить.
– Трогательно. Скажи мне лучше, кто позвонил тебе и сообщил, что Катя здесь?
– Раз уж начистоту. Звонила женщина. Не знаю ее имени. Да и в сущности к чему оно? На Петра и Катю напал не я.
– А кто?
– Тело этого человека никто никогда не найдет. Живым он не сдался бы и пришлось его убрать. Я думаю, это наемник. И кто его нанял, думай сам. Одно хочу сказать, что здесь со мной, ты в полной безопасности.
– А как на счет остальных? У меня родные, друзья. Я не могу спокойно сидеть здесь, зная, что им грозит опасность от этой сумасшедшей.
– Я могу тебе помочь. Помочь всем вам. Но для начала Катя должна вернуться и не одна. Информация на этой флешке откроет нам другие страны. Мы можем уехать отсюда: ты, твоя девушка, дети, мама, сестры, дяди, тети, коты. Хватит на всех.
– Заманчиво.
– Если Катя не появится здесь через два дня, мы уедем вдвоем. Со всеми вытекающими последствиями. Так что думай.
Андрей вышел, а я уставился в окно. Понимаю, шанс в жизни всего один. Но уверен ли я в том, что подобная жизнь для Леры? Учитывая ее состояние.
Готова ли она на перемены? Ведь здесь придется бросить все. А если она не поправится, смогу ли отдать детей кому— то надежному?
Я не могу уехать без нее, в каком бы она состоянии не находилась. Мое место рядом с ней.
Катя
Тщательно вымывшись в гостиничном номере, который мы сняли на двоих, я вышла из ванной в легком облаке пара.
Алекс стоял около окна, уже собранный. До чего же он молчалив.
Мы решили снять номер на двоих, хотя по сути я жила в нем одна.
Нам показалось безопаснее сделать так, ведь отец знал, могу я снять номер лишь одна.
Он не подумал бы, что кто— то мог мне помочь.
Мы жили так уже две недели, я бы забыла о еде и питье, если не сосед. Он буквально заставлял меня есть и пить.
В жизни не видела столь сосредоточенного человека, тем более мужчину.
Все мои знакомые хотели от меня всего лишь одного и смотрели будто я перед ними нагишом.
За его внимательным взглядом не кроилось ничего оскорбительного, чем он смущал меня еще больше.
Окинет взглядом синих «океановых» глаз, так я стала их звать и мне становится неловко.
Может это из— за разницы в возрасте?
Ему 30 лет, а мужчины в этом возрасте для меня слишком стары и годятся в дедушки.
А может меня задевало его поведение, ведь к мужскому вниманию я привыкла и была им избалована?
Все смотрели на меня, и я всегда использовала это, пусть с отношениями не всегда везло, выбирала заведомо провальные отношения, в которых являлась сильной стороной. Петя не исключение…
Я настолько привыкла быть сильной, что забыла, каково это быть маленькой слабой девочкой возле самодостаточного и уверенного в себе мужчины.
