Я склонилась над Ратмиром, приподняла его голову. Окровавленные руки по-прежнему сжимали ставший совсем крохотным клубок призрачной нити. Обессиленный воевода слабо улыбнулся мне - холодеющие губы не слушались. Жизнь еле теплилась в нем: слишком много крови он потерял. Я растерялась, не зная, что предпринять.
- Помогите же ему!
Чародеи с неохотой приблизились. Евпатий пощупал пульс. Баба Яга зашелестела мешочками с травками, собираясь готовить зелье.
- Слишком большая кровопотеря, - отозвался Ставр, оглядывая Ратмира, - Вряд ли здесь что-то поможет.
Баба Яга оттеснила его и молча влила в рот воеводе свое зелье.
- Мы должны помочь ему! - решительно сказала я. - Ратмир помог мне справиться с Эмором!
- Это был его выбор, - небрежно заметил Въярд, безучастно глядя на нас.
Гнев захлестнул меня, готовясь выплеснуться наружу. Невесть откуда всплывшее в голове заклинание уже готово было сорваться с губ, испепеляя Въярда, когда я почувствовала на своем плече руку Евпатия. Он решительно сжал мое плечо.
- Мы постараемся ему помочь... только на многое рассчитывать не приходится: Ратмир слишком слаб, жизнь едва теплиться в нем, а мы все ... слишком много сил потратили на ритуал.
- Но ведь должно же быть средство помочь ему! - не сдавалась я.
- Ну, пожалуй, только магия крови... Так сказать подобное - подобным, - отозвался молчавший до сих пор Дар.
- Хорошо! Не будем терять времени! Что нужно делать? - ринулась я в наступление.
- Для начала вернуть человеческий облик Ратону, - сказал Въярд.
- Это подождет, - отмахнулась я.
- Вряд ли, - бесцветным голосом отозвался Въярд, оправляя длинную хламиду на своих плечах, - он лучше нас всех знаком с магией крови.
Я мысленно выругалась и встретилась взглядом с Бабой Ягой. Та чуть заметно кивнула.
Отряхнувшись, Ратон вознамерился было высказать мне претензии и выразить недовольство, но, встретившись со мной взглядом, вовремя одумался.
- Так, сначала спасем Ратмира, а потом можешь высказать всё, что ты думаешь, - примирительно сказала я, сверлящему меня мрачным взглядом Ратон.
Чародеи, участвующие в ритуале изгнания духа, и Баба Яга были изрядно вымотаны, так что Ратон оказался самым бодрым из нас. И самым зловредным! Этот наглец, пользуясь случаем, пытался торговаться со мной, чтобы я сняла чары Энеи.
- Снять чары может лишь тот, кто их наложил! - возмутилась я.
- Но раз уж ты претендуешь на звание Верховной ведьмы, тебе это должно быть по плечу! - парировал Ратон.
- Всё, милок, - проскрежетала Баба Яга, устало потирая виски, - терпение моё на исходе! Ритуал меня, конечно, вымотал, но и я с магией крови не понаслышке знакома, справлюсь уж как-нибудь! А уж потом я тебя таким заклинанием припечатаю, будет тебе, чем до конца жизни заняться! Хотя к чему откладывать на потом, уж сейчас душу потешу, а потом и за ритуал примусь!...
Угроза подействовала, чародей немного присмирел, деловито опустился на траву рядом с воеводой.
- Дождь мешает, - буркнул он.
Остальные чародеи отошли в сторону и объединились, заклиная грозу, отводя её в сторону. Баба Яга и Ратон, не испытывая друг к другу ни малейшей симпатии, тем не менее вместе готовились к ритуалу, извлекая из своих одежд необходимые предметы. Небольшая чаша с вырезанными внутри неё по кругу магическими значками. Кинжал с обоюдоострым лезвием.
- Кровь нужна, собственно говоря, - сказал Ратон, глядя мимо меня. - Твоя.
- Ну, так бери! - отозвалась я, протягивая руку запястьем вверх.
- Ха! Я присягу давал, я не могу пролить кровь Нареченной, - ехидно ответил он.
- Тьфу на вас!- обозлилась я, выхватила кинжал из его руки и полоснула себя по запястью, в ярости даже не чувствуя боли
