Сквозь гром израильского оружия я слышал какие-то женские вопли со стороны геликоптера, скулёж Дваша, всхлипы Лоны и треск кустов, через которые кто-то шумно ломился. Мне оставалось только тупо посмотреть на стрелу у себя в руке и отправить её обратно в колчан - оказалось, лук я бросил возле кустарника, чтобы освободить руку, которой тащил Лону. Почему не бросил стрелу, а лук не переложил, не мог ответить даже себе.
Но куда больше меня интересовало, сколько десантников лезет через кусты. Если один, нужно его прикончить, а если двое-трое, причём в разных местах - можно делать что угодно, это уже конец битвы. Оказалось, один. Едва он выберется из кустов, сможет стрелять по нам, деревья уже не защитят. Я ждал, когда враг покажется. Определил, где он проламывает кусты, и нацелил туда свой скорострельный громовой арбалет. Несчастный ещё не вывалился из кустов, а я уже начал стрельбу. Громовое оружие, вырываясь, прыгало у меня в руках, стрелы из него летели куда попало, но некоторые всё же вонзались во врага.
Тут мой арбалет перестал греметь, и я понял, что колчан опустел. Нужно было сменить его на запасной, но в горячке боя я напрочь забыл, где он. В поясе? В кармане? В левом или правом? Чужое, непривычное оружие. Кинжал, лук, арбалет, даже меч - со всем этим я много тренировался и мог пускать их в ход мгновенно, не задумываясь, точно зная, где хранится боекомплект. С новым оружием я так не умел.
Десантник ещё стоял, но глаза его не выражали совсем ничего, а оружие смотрело вниз. Я попал ему в шею и лицо, раны были смертельными, но мёртвый и умирающий далеко не одно и то же. Он из последних сил стал поднимать оружие. Посмотреть, сможет ли он выстрелить, показалось плохой тактикой. Можно было уложить его издали из пистолета, но я побоялся, что он успеет выстрелить в ответ. Он был чуть выше и шире меня, так что своим телом полностью закрывал от стрел своих товарищей.
На бегу доставая из ножен кинжал, я ринулся к нему. Раненый десантник двигался медленно, я запросто его опередил. Левой рукой легко отнял оружие, а правой всадил кинжал в глаз. Хотел резать горло, этот удар по уставу предпочтительней, но подумал, что всё тут залью кровью, соберу здесь всех окрестных хищников.
