– Исключено, – сказал Чернуха. – Кто платит, тот и спрашивает, а предоставленное в пользование безвозмездно в любой момент можно забрать. Поэтому официальное разрешение – бессрочное, такой же договор аренды, без права расторгать его по инициативе арендодателя.
– Не думаю, что здесь возникнут сложности, – сказал Самойлов. – Я доложу об этом руководству.
– Последнее условие. Такое разрешение мне должен дать своим постановлением Совет министров СССР.
– Зачем такое? – удивился генерал.
– Чтобы никто из местных белорусских деятелей не вздумал лезть в мою работу и что-то мне приказывать. Нет, я, конечно, могу отправить к нему «птичку» – большую или маленькую, их у меня в достатке, но не хотелось бы использовать такие меры.
– Не нужно! – поспешил Самойлов. – Не беспокойтесь, Константин Васильевич, все сделаем. Я вас уведомлю о принятом решении.
– Кстати, об уведомлении, – сказал Чернуха. – Я дам вам коммуникатор, чтоб вы могли со мной связаться в любое время.
Он принес из помещения, заставленного непонятными контейнерами стержень, напоминавший карандаш, только вдвое толще и короче.
– Вот видите здесь небольшую выемку? – спросил Самойлова. – Коснитесь ее пальцем.
Самойлов так и сделал. «Карандаш» легонько завибрировал и пискнул.
– Он считал ваш генный код, – сказал Чернуха. – Теперь лишь вы им сможете воспользоваться. Приложите палец снова.
«Карандаш» еще раз вздрогнул, и над ним возникла небольшая голубая сфера, в которой генерал с удивлением увидел лицо Чернухи. Изображение было отчетливым и резким, а еще, вдобавок, и трехмерным.
– Как слышите меня? – спросил Чернуха в сфере. Сам инопланетянин к тому времени покинул комнату.
– Отлично! – сообщил Самойлов.
– Звук коммуникатора автоматически подстраивается под окружающую обстановку. Но если захотите говорить приватно, то поднесите его к уху, и слышать будете лишь вы. Попробуйте!
Генерал попробовал, после чего пришел в восторг.
– Захотите меня вызвать – коснитесь выемки, – сказал Чернуха, возвратившись в жилую комнату. – И я отвечу.
– Что даже из Москвы смогу связаться? – спросил Самойлов.
– Вообще-то из любой точки земного шара, – Чернуха улыбнулся. – Сигнал идет через ретрансляторы на зондах. Хотя не прав: их нет над Антарктидой. Но, если вдруг понадобится там, то можно передвинуть зонд.
О том, что это примитивное устройство предназначалось для контакта представителя Республики с аборигенами, если нужда возникнет, Кир генералу говорить не стал. Он с удивлением нашел контейнер с древними коммуникаторами среди имущества на яхте – как видно, сунули на всякий случай – и не знал, как их использовать, поскольку привлекут внимание землян. Теперь же пригодились.
– Он питается от батарейки? – спросил Самойлов.
– Все верно, но ее хватит лет на десять, – сказал Чернуха. – Не беспокойтесь.
И вот теперь Самойлов, сидя в кресле самолета, периодически касался «карандаша» в кармане, представляя, как продемонстрирует коммуникатор Чебрикову. Тогда тот обязательно поверит, что подчиненный справился с задачей…
***
В аэропорту их встретили – белорусские коллеги позаботились. Дежурная машина Комитета отвезла обоих на площадь Дзержинского, где генерал и подчиненный занялись делами. Семенов – проявкой пленки и печатью фотографий. Нет, делать это будет лаборант, только Семенов проследит, чтобы испорченные отпечатки уничтожили в его присутствии. И негативы заберет, естественно. В лаборатории работает сотрудник в офицерском звании, и подписок о соблюдении секретности у офицера, как на Барбоске блох, но проконтролировать не помешает. Сам же Самойлов сел за рапорт. Писал его вручную, в единственном экземпляре, как полагается для документов под грифом «Особой важности». Осилил где-то половину, когда пришел Семенов с фотографиями. Внимательно их рассмотрев, генерал сложил их стопкой, а негативы завернул в бумагу после чего велел Семенову:
– Отдыхайте, Дмитрий Николаевич, уже за полночь. Завтра к девяти на службу.
– Есть! – вытянулся лейтенант. – Товарищ генерал, разрешите один вопрос?
– Спрашивайте, – кивнул Самойлов.
– Как там в космосе? На фотографиях видел, но их мало.
– Как в ваших любимых фантастических романах, – Самойлов усмехнулся. – Возможно, даже удивительней.
– Хотя б одним глазком взглянуть, – вздохнул Семенов.
– Если все получится как должно, посмотрите, – сказал Самойлов. – Круг посвященных в эту тайну расширять, скорей всего, не будут, так что придет и ваш черед слетать на яхту инопланетянина.
– Спасибо! – улыбнулся лейтенант. – Спокойной ночи.
И он ушел, а генерал остался. Закончил он работать после двух. Взяв большой пакет, Самойлов поместил в него свой рапорт, фотографии и негативы, после чего заклеил и отнес секретчику. Тот, посмотрев на гриф, прошил пакет суровой ниткой, поставил там, где нужно, сургучные печати, после чего вписал журнал фамилию и должность отправителя и адресата, дав генералу расписаться. После чего Самойлов возвратился в кабинет, где лег спать в комнате для отдыха. У генералов есть такие. Домой он ехать не хотел – напрасная потеря времени, а для семьи он в командировке.
