– Ох, не фига себе! – воскликнул лейтенант. – Вот это мощь! – он повернулся к инопланетянину. – Могу я это снять?
– Пожалуйста, – тот улыбнулся. – Если хотите, можете сфотографироваться рядом.
«Не стоит! – чуть не вскрикнул генерал. – Ведь снимки засекретят, и Дима никому их не покажет». Но быстро передумал: фото человека на фоне атмосферника даст представление о его размере. Поэтому снялись все: поодиночке и в компании.
– Теперь отправимся в космос, – сказал Чернуха генералу. – Садитесь, Никодим Иванович.
На атмосфернике открылась дверь без ручки, к земле спустилась лесенка.
– А я? – обиженно спросил Семенов.
– Увы, но там всего два места, – сказал Чернуха.
– Но можно, я хотя бы посижу в кабине? – взмолился лейтенант.
– Можно, – Чернуха улыбнулся.
«Он еще и добрый», – подумал генерал. Тем временем Семенов, боясь, что передумают, залез в кабину и разместился в непривычной форме кресле. Перед ним вдруг вспыхнул экран на всю кабину в ее верхней части, и лейтенант с восторгом разглядел не только то, что было впереди машины, но и круговую панораму вокруг атмосферника. Мгновение он любовался, затем достал фотоаппарат и снял экран. Затем, вздохнув, слез на поляну.
– Возьмите, Никодим Иванович, – отдал фотоаппарат начальнику. – Осталось еще полпленки. Снимайте там.
– Жди меня в машине, – велел Самойлов и спрятал камеру в карман. После чего забрался в атмосферник, сел в кресло. Чернуха разместился рядом, закрылась дверца, и на плечи генерала вдруг опустилось ограждение, прижавшее его к спинке. Такое же зафиксировало и инопланетянина.
– На атмосфернике нет системы искусственной гравитации, – сказал Чернуха. – И после того, как выйдем в космос, неосторожное движение грозит вам травмой. Там невесомость. Ногой толкнетесь – и врежетесь головой в панель. Прибудем на разведчика, там включится искусственная гравитация, фиксация исчезнет.
– Даже не мечтал, что в старости стану космонавтом, – вздохнул Самойлов.
– Возможно, вас за это наградят, – Чернуха засмеялся. – Поехали!..
[1] Чебриков Виктор Михайлович в ту пору занимал пост Председателя КГБ СССР. Генерал армии.
[2] Желающие могут поискать в сети, но предугадали многое. И даже слово «робот» впервые использовал чешский писатель Карел Чапек.
[3] Подробнее смотрите в романе «Зубных дел мастер».
[4] Вообще-то 1445 км по прямой, но по дорогам будет больше.
[5] Не хвалюйтесь – не волнуйтесь (бел.)
[6] Речь о романе Владимира Богомолова «В августе сорок четвертого».
10.
В тот же день Самойлов с лейтенантом улетели в Москву. В «волге», выделенной им белорусским КГБ, имелся радиотелефон «Алтай», по нему генерал связался с дежурным Комитета и попросил забронировать билеты на ближайший рейс в столицу СССР. Дежурный, видимо, доложил начальству, потому что провожать генерала в аэропорт приехал председатель КГБ БССР.
– Что ж не зашли ко мне, Никодим Иванович? – упрекнул столичного гостя. – Не успели приехать – и уже обратно.
– Обстоятельства требуют, Вениамин Георгиевич, – повинился Самойлов. – Служба. Вы не держите обиды. Полагаю, еще встретимся, возможно, что и не раз.
– Нашли, значит, что искали? – понизив голос, поинтересовался председатель.
– Не то, что думали, – уклончиво ответил генерал. – За фигурантом более не наблюдайте – бессмысленно.
– Понял, – кивнул председатель.
– Передайте вашим сотрудникам, которые помогали лейтенанту Семенову, мою искреннюю благодарность. Я непременно упомяну об этом в рапорте Чебрикову и попрошу их поощрить.
– Спасибо! – председатель пожал ему руку.
В самолете Самойлов вспоминал свое путешествие на орбиту. Первое, что его поразило, это размеры космического корабля. Он ожидал встретить тесные отсеки, вроде тех, из телевизионных репортажей, в которых пребывали на орбите космонавты с Земли, а увидел просторные помещения, какие и не всяком морском судне встретишь.
– Это космическая яхта, ранее принадлежавшая богатому человеку, – сообщил ему Чернуха. – В войну была мобилизована и переоборудована в дальний разведчик, поэтому здесь так просторно. На военных кораблях теснее.
– Но как ее вывели в космос такую-то громадную?
– А ее и не выводили, – пожал плечами собеседник. – Собрали на космической верфи. Зачем таскать что-то с планеты, если можно сделать на орбите?
Вторым потрясением для Самойлова стало посещение рубки яхты. Вид экранов, на которые развешенные над Землей зонды транслировали картинки с поверхности, поверг генерала в ступор. Он знал о возможностях космической разведки СССР и США, но то, что наблюдалось здесь, не шло в сравнение с потугами землян что-то обнаружить у противника.
– Зонды можно опустить пониже, – объяснял ему Чернуха. – Тогда, к примеру, можно прочитать этикетку на бутылке в руках у пьяницы, – он засмеялся. – Сканер зонда в состоянии перехватить и записать разговоры по проводной и беспроводной связи. Хотите знать, о чем, говорят в Пентагоне или в Белом доме? Или на Даунинг-стрит, 10? [1]
– Хотим! – сказал Самойлов.
