Его вела природа, и мои опыт и умения были не нужны. В этом было и что-то животное, и что-то щемяще нежное. Мы были одним целым, единым организмом, словно одним существом. Мир мог перестать существовать, земля могла остановиться и взорваться, я бы не расстроилась, я бы даже не заметила. Всё самое важное и великое, что могло произойти в моей жизни — уже произошло. И это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Это было слишком настоящим, чтобы происходить со мной…
Этот миг разделил мою жизнь на «до» и «теперь». И всё, что было до, перестало иметь значение. Теперь для меня существовал только Полкан. И каким-то непостижимым образом я знала, что он ощущает то же самое.
Когда я открыла глаза, то с восторгом обнаружила, что всё ещё лежу в объятиях Полкана, что он укрыл нас своей рубахой и ласково перебирает мои волосы, что всё это мне не приснилось. Конечно, я бы предпочла, чтобы мы лежали в мягкой кровати, а не на земляном полу, и чтобы я могла рассмотреть его лицо при свете ночника, а не тусклого факела. И чтобы жить мне оставалось больше, чем несколько часов. Но наваждение пропало, и я прекрасно помнила, кто мы и в каком я положении.
— Ты побудешь со мной до утра? — спросила я.
Полкан не ответил, только крепче прижал меня к себе.
— Я понимаю, что ты не обязан, но, наверное, одна я сойду с ума от страха, — представить, что сейчас он уйдёт и в следующий раз я его увижу, наверное, уже из огня, было невыносимо. Хотя о предстоящей казни я думала довольно отстранённо.
— У тебя нет страха, я его забрал себе, — спокойно проговорил Полкан. — Как всю твою боль.
Я поверила сразу и даже не удивилась. Если он так легко вылечил мои ушибы и ссадины, почему бы и не контролировать эмоции? Что же они ещё умеют? И почему с такими способностями сидят на острове, питаясь репой, когда могли бы захватить власть над миром? Но меня беспокоило совсем не это.
— Забрал? То есть мой страх чувствуешь теперь ты? А боль ушла, потому что теперь рука и нога болят у тебя? Верни всё обратно, зачем тебе мучиться!
— Уже не болят, мои раны затягиваются быстрее, — улыбнулся Полкан. — И твой страх мне вреда не причинит, потому что я знаю, что заберу тебя, и ты не взойдёшь на костёр.
— Ты поможешь мне сбежать?
Я, конечно, надеялась на это. С первого момента нашей встречи на острове я верила, что Полкан мне поможет, но сомнения были. Разве так просто пойти против всех своих родных (или кто они ему там — соплеменники?) ради малознакомой девушки. Предназначение — это, конечно, хорошо и красиво, но слишком сказочно, чтобы жертвовать ради этого всем.
— Ты не веришь мне? — Полкан напрягся. — Не чувствуешь, как ты важна для меня? Ты бы оставила меня в беде?
— Нет, конечно, нет! — уверенно ответила я, на миг представив, что мы поменялись местами, и это Полкану угрожает опасность. Я бы сделала всё, чтобы вытащить его. Даже невозможное. Даже если бы знала, что никогда его больше не увижу.
Но не успела я полностью осознать, что после того, как я покину остров, мы с Полканом расстанемся, он быстро проговорил:
— Я уйду с тобой. Я хотел бы, чтобы мы жили здесь, в доме Матери, но Велигор не дозволит. Никто не дозволит. Значит, мне нет места среди моего рода. Пока Велигор наш отец, братья и сёстры исполняют его волю.
Странные родственные отношения в их племени меня заботили мало. Кто кому и кем приходится, кровное это родство или просто термины их общины — было неважно, оставаться среди этих мистических психов мне не хотелось всё равно. Забрать Полкана с собой — лучший вариант развития событий, о таком я даже мечтать не смела.
— Я пойду за тобой в твой мир, если ты захочешь, — проговорил он, но очень неуверенно, словно ждал, что я высмею это предложение.
— Ты не чувствуешь, как важен для меня? — усмехнулась я, повторяя его вопрос и поцеловала Полкана. — Конечно, я хочу.
А моя мысль уже заработала: как и к кому можно обратиться за документами для моего нового друга, наверняка, у него никаких бумаг. Как я его приодену, сделаю причёску. Жить он будет, естественно, со мной. Возможно, снимем квартиру побольше. Работа… На первое время сторожем куда-нибудь пристроим. И учиться ему надо. Интересно, читать-писать он умеет, или с нуля придётся всё осваивать? Не страшно. Справимся.
— Ты, правда, приняла меня, — с некоторым удивлением в голосе произнёс Полкан.
— Читаешь мои мысли, когда я должен доверять только твоим словам? — нахмурилась я. Но скорее притворно, на самом деле, я почему-то не сердилась, что он так запросто узнаёт, что я думаю, этот факт меня даже почти не смущал.
— Мысли прочесть нельзя — это не книга, только то, что чувствуешь на поверхности души, знать можно. Ты чувствуешь радость, ты видишь меня рядом с собой в своём мире, — Полкан улыбался и смотрел на меня с восторгом. — Ты — моя предназначенная, я не сомневался, но убеждаюсь снова и радуюсь.