Что-то промелькнуло в его глазах — интерес? любопытство?
— Расскажи мне о своей работе, — вдруг попросил он. — О твоем мире. О том, как ты помогаешь людям.
Я удивленно моргнула. Это был первый раз, когда он проявил интерес к моей прошлой жизни. И что-то в его голосе, в том, как он смотрел на меня, заставило меня начать рассказывать. О сложных случаях и маленьких победах, о радости видеть, как люди находят свой путь, о том, как важно иногда просто выслушать и понять.
Он слушал внимательно, иногда задавал вопросы, и постепенно его поза становилась расслабленнее. В какой-то момент я поняла, что мы сидим совсем близко, склонившись над древней книгой, и его рука лежит совсем рядом с моей, а по связи течет уже не настороженность, а спокойное тепло.
Мы с Райдером как раз заканчивали разбирать очередной древний текст, когда в библиотеку ворвался золотистый вихрь.
— Алекс! Дядя Райдер! — Кайлин подбежал к нашему столу, едва не сбив пару парящих книг. — Я научился! Я правда научился!
— Тише, — Райдер нахмурился, но я уловила через связь, что он не по-настоящему сердится. — Чему ты там научился?
— Превращаться! По-настоящему! — драконёнок подпрыгивал от возбуждения. — Смотрите!
— Кайлин, нет! Только не в библи... — начал Райдер, но было поздно.
Золотистое сияние окутало мальчика, и через мгновение перед нами стоял маленький дракончик размером с крупную собаку. Его чешуя сверкала, как начищенное золото, а крылышки нервно подрагивали.
— Видите? — пропищал он на драконьем языке, который я каким-то образом понимала. — Я могу держать форму уже целых...
Он не договорил. Крылья дрогнули, чешуя пошла рябью, и через мгновение дракончик исчез, а на его месте снова стоял маленький мальчик. Очень расстроенный маленький мальчик.
— Я.… я думал, что получилось, — его нижняя губа задрожала.
Я инстинктивно шагнула вперед, опускаясь перед ним на колени:
— Эй, все хорошо. Ты молодец. Удерживать форму — это очень сложно, правда?
Последний вопрос я адресовала Райдеру, и он, помедлив, кивнул:
— Действительно сложно. Я помню, как в твоем возрасте тоже не мог удержать трансформацию дольше минуты.
Кайлин поднял на него полные надежды глаза:
— Правда? Ты тоже не сразу научился?
— Конечно, — Райдер подошел ближе, и я с удивлением заметила, как смягчились его черты. — Никто не рождается мастером. Даже драконы.
— А можешь... можешь показать, как надо? — Кайлин с надеждой посмотрел на своего дядю.
Райдер бросил быстрый взгляд на меня, словно раздумывая. Потом вздохнул:
— Не здесь. Пойдемте в сад.
Внутренний сад дворца оказался достаточно просторным даже для дракона. Я устроилась на каменной скамье, а Кайлин встал рядом с Райдером, внимательно следя за каждым его движением.
— Секрет в том, — объяснял Райдер, — чтобы чувствовать обе свои сущности. Не бороться с ними, а позволить им течь друг в друга.
Он закрыл глаза, и я затаила дыхание. Его превращение было... потрясающим. Никакой неуверенности или колебаний — просто плавное перетекание одной формы в другую. Через мгновение перед нами возвышался величественный черный дракон с золотыми узорами на крыльях.
— Вау! — выдохнул Кайлин. — А можно я попробую еще раз?
Райдер опустил огромную голову, легонько подтолкнув мальчика мордой. Это выглядело так... по-отечески, что у меня защемило сердце.
На этот раз трансформация Кайлина длилась почти две минуты. Когда он снова стал человеком, его глаза сияли от гордости:
— Алекс, ты видела? Ты видела, как долго я смог?
— Видела, — я обняла его, чувствуя, как колотится его маленькое сердце. — Ты настоящий герой!
Райдер, уже снова в человеческой форме, наблюдал за нами с нечитаемым выражением лица. Но через связь... через связь я чувствовала странную смесь эмоций: тепло, нежность и что-то похожее на тоску по чему-то, чего у него никогда не было.
— Дядя Райдер, — Кайлин вдруг посерьезнел, — а правда, что Алекс теперь будет жить с нами? Навсегда?
Повисла тишина. Я замерла, не зная, что ответить. Райдер тоже молчал, но я чувствовала бурю эмоций, бушующую под его внешним спокойствием.
— Пора ужинать, — наконец произнес он, уходя от ответа. — И тебе, юный дракон, пора на урок истории.
— Но... — начал было Кайлин.
— Мы еще потренируемся, — пообещала я, целуя его в макушку. — А сейчас правда пора идти.
Когда Кайлин убежал, Райдер все еще стоял, глядя куда-то вдаль.
— Знаешь, — тихо сказала я, — из тебя получился бы хороший отец.
Он резко повернулся ко мне, и в его глазах промелькнуло что-то похожее на боль:
— Некоторые вещи... не для таких, как я.
— Таких — это каких? — я шагнула ближе. — Тех, кто боится снова почувствовать? Снова полюбить?
— Вечерняя тренировка через час, — отрезал он, разворачиваясь к выходу. Но я успела заметить, как дрогнули его пальцы, и почувствовать через связь отголосок того, что он так старательно пытался скрыть — тоску по семье, по теплу, по всему тому, от чего он отказался, закрыв свое сердце.